Существует закон о сталкинге?

Меня преследует навязчивый поклонник

Существует закон о сталкинге?

Уже почти полгода меня преследует навязчивый поклонник. Он пишет гадости мне, мужу, родственникам, знакомым и друзьям. Причем как порочащие честь, так и просто описания моей смерти и смерти моего мужа.

Оставляет мои контактные данные на сайтах больниц, онкологических центров и салонов ритуальных услуг. Я вынуждена была сменить место жительства, университет, но ничего не помогает.

У меня уже начались истерики от каждого его появления в моей жизни.

Что можно сделать и поможет ли закон хоть как-нибудь в этом случае?

Аноним

Расскажу, что это такое и как с ним бороться.

Stalking в переводе с английского означает «преследование». Если говорить простым языком — это один из видов домогательств, который включает слежку за другим человеком, навязчивые сообщения и постоянные попытки установить контакт, угрозы, приставания, издевательства и так далее.

Иногда преследователь пытается вызвать у жертвы чувство вины и манипулировать этим чувством. Например, сталкер не угрожает жертве физической расправой, а говорит о самоубийстве. Причем вину за это возлагает на жертву.

Жертвами сталкинга часто становятся бывшие партнеры сталкеров. Типичная жертва сталкера — неконфликтная и спокойная девушка, не склонная к агрессии, хотя бывает и по-разному.

Жизнь жертвы сталкинга может превратиться в кошмар.

В некоторых странах, например в Великобритании, ответственность за сталкинг предусмотрена как за самостоятельное преступление. Но это скорее особенность местного прецедентного законодательства.

В российском уголовном кодексе нет отдельной статьи, которая предусматривает наказание за сталкинг. Несколько лет назад активисты пытались собрать подписи с требованием ввести такую статью, но необходимого числа подписей не набрали.

Но, даже если в УК РФ нет отдельной статьи, это не значит, что вы беззащитны перед преследователем. Сталкинг с точки зрения законодательства РФ — это не одно правонарушение, а их серия. Каждая угроза и каждое действие навязчивого поклонника, когда он вас преследует, — это самостоятельные правонарушения. И к ответственности можно привлечь именно за каждое правонарушение в отдельности.

Для сталкера это не очень хорошо. За рубежом все, что он делает, рассматривали бы как одно правонарушение, а у нас — как систематическое нарушение закона. И поэтому можно применить более строгие меры воздействия, если человек вовремя не остановится.

Так же и со сталкингом: отдельного преступления нет, но есть много эпизодов уголовно наказуемых деяний. Если дойдет до суда, то их количество и последовательность учтут при вынесении приговора.

Если полагаете, что он может реально осуществить свою угрозу и сделать вас или ваших близких клиентами морга или похоронного бюро, — обязательно укажите это в заявлении в полицию. Наказание по этой статье — от обязательных работ на срок до 480 часов до лишения свободы на срок до 2 лет.

Как видите, можно и без отдельного закона привлечь сталкера к ответственности. Если подойти к делу грамотно, то вместо одного преступления он рискует стать обвиняемым по целому ряду уголовных статей. Ориентироваться нужно на конкретные противоправные действия, совершенные им против жертвы.

Я не рекомендую менять место жительства и учебы и впадать в панику. Это и есть основная цель сталкера: он чувствует страх жертвы и ошибочно полагает, что она полностью находится под его контролем. Для тех, кто попал в такую ситуацию, возможен следующий алгоритм действий.

Не впадайте в панику. Если приходится вести диалог со сталкером и не можете сдержать эмоций — найдите для этого посредника. Это может быть близкий человек или родственник.

В диалоге со сталкером основное правило — всегда четко говорить «нет». Нет встречам, нет каким-либо условиям с его стороны. Не используйте двусмысленные формулировки, которые могут дать сталкеру даже иллюзорную надежду на то, что вы будете выполнять его требования. Никаких «может быть», «возможно» или «потом».

Диалог со сталкером — это не способ его переубедить. Добровольно от своих заблуждений он не откажется. Диалог — это способ сбора доказательств. Личное общение я не рекомендую, его сложнее документировать. Но если сталкер звонит вам по телефону — включите аудиозапись. Если пишет — сохраняйте переписку и снимайте скриншоты с экрана.

Я понимаю, что это непросто, но задавайте сталкеру вопросы. Основной: что будет, если вы откажетесь от общения с ним? Какие действия он предпримет? Основная задача — вывести его на прямые угрозы в ваш адрес и в адрес ваших близких. Если в диалоге с вами или в переписке он перейдет к прямым или завуалированным угрозам — фиксируем их и переходим к следующему этапу.

Да, это может быть страшно и неприятно. Но без доказательств привлечь виновного к ответственности не получится. Если боитесь общаться с ним сами — найдите человека, которому сможете это доверить.

Ни в коем случае не пишите в заявлении, что вас преследуют и вы просите оградить от преследователя. Полиции в этом случае будет проще отказать: за преследование и сталкинг нет уголовной ответственности.

Принцип следующий: как только сталкер что-то сделал, с вашей стороны меры противодействия должны следовать немедленно.

Разместил в соцсетях запись клеветнического содержания — пишите тут же заявление в полицию с просьбой привлечь его к уголовной ответственности за клевету.

Угрожал вам по телефону — тут же составляйте заявление о том, что вашей жизни и здоровью угрожали с такого-то номера и вы просите привлечь виновного к ответственности. Укажите, что угрозы воспринимаете как реальные, и приложите запись разговора.

Если сталкер сообщил о малоизвестном факте из вашей жизни — просите привлечь за незаконный сбор сведений о частной жизни. Разрыв по времени между событием и заявлением в полицию должен быть минимальным. И в каждом заявлении всегда указываем соответствующие номера статей УК РФ — их я перечислял выше.

Если не знаете точных данных сталкера — это не повод отказаться от заявления в полицию. Вы не обязаны устанавливать его личность. Это работа полиции. Просто напишите, что данные его вам неизвестны. На этом основании отказать в приеме заявления вам не могут.

Не молчите о ситуации. Расскажите о ней своим близким. Если у вас есть возможность — предайте ситуацию максимальной огласке, например поделитесь на своей странице в соцсетях.

А вот эмоций и переживаний в рассказе я рекомендую избегать, чтобы не давать надежд сталкеру. Рассказ должен быть простой и короткий: что какой-то неудачник вас преследует и пытается диктовать условия.

Но ничего у него не выйдет, а вот отвечать ему придется по всей строгости закона.

После сбора доказательств прекращаете любые контакты со сталкером. Ставите его телефон в черный список, а аккаунты в соцсетях отправляете в список игнорируемых. Но предварительно пожалуйтесь администрации соцсети на преследование этого пользователя.

Полиция обязана проверить ваши заявления. Если приложите к заявлениям доказательства преследования, это сильно упростит полиции задачу. После каждой выходки сталкера к нему будут приходить усталые люди в форме, вызывать на допросы, брать объяснительные, составлять протоколы и зачитывать статьи уголовного кодекса.

В большинстве случаев этого достаточно, чтобы преследование прекратилось. Если оно продолжается — не останавливайтесь, подавайте заявления дальше. И рано или поздно вы добьетесь привлечения сталкера к ответственности.

Запомнить:

  1. Не бойтесь защищать себя любыми законными способами.
  2. Отдельной статьи за сталкинг в УК РФ нет. Но каждое действие сталкера нарушает другие статьи УК РФ.
  3. Собирайте доказательства.
  4. Если вас преследуют — не бойтесь подать заявление в полицию.

Если у вас есть вопрос о личных финансах, дорогих покупках или семейном бюджете, пишите. На самые интересные вопросы ответим в журнале.

Источник: https://journal.tinkoff.ru/ask/stalking/

Что такое сталкинг и как быть, если вы стали жертвой преследований

Существует закон о сталкинге?

Согласно определению центра помощи пережившим сексуальное насилие «Сестры», преследование, или сталкинг (от английского «stalking») — это навязчивое поведение в виде повторяющихся нежелательных звонков, сообщений или других знаков внимания, а также домогательств. Часто преследование вызывает у жертв страх и постоянное чувство опасности.

Похожим образом преследование определяется в законодательствах многих стран, где оно признано преступлением: например, в США, Канаде, Индии и странах ЕС. Согласно статистике, в 2011 г. 7,5 млн жителей США подверглись преследованию. По тем же оценкам, 15% женщин и 6% мужчин становятся жертвами сталкеров в течение жизни.

В Великобритании, по данным на 2012 г, от преследования страдает до 700000 человек в год. При этом британские правозащитные организации заявляют, что в полицию обращается только небольшая часть пострадавших.

Сталкинг часто предшествует убийству или другим видам насилия: по данным Министерства Юстиции США, 81% женщин, переживших преследование, также подвергались насилию со стороны преследователя.

В России преследование до сих пор не признано правонарушением — несмотря на то, что оно способно повлечь за собой серьезные последствия для жертвы.

Когда я училась на химическом факультете СПбГУ, меня преследовал парень из моего университета. Это продолжалось больше двух лет.

Мы познакомились с ним на дне рождения моей подруги и какое-то время встречались. Он был студентом по обмену из одной африканской страны. Наши отношения были построены в основном на сексе. Он требовал все больше и больше и однажды, будучи пьяным, изнасиловал меня. Я рассталась с ним на следующее утро.

Я чувствовала себя так, будто меня ударили по голове: не понимала, почему допустила, чтобы такое произошло. После этого он начал меня преследовать. Он постоянно мне названивал и умолял, чтобы я его простила и вернулась. Я сказала, что простила — но что вернуться к нему я не могу, потому что не чувствую себя в безопасности.

Он звонил мне в любое время дня и ночи, иногда приходил ко мне домой и звонил в дверь — я затаивалась и делала вид, что меня нет дома. Я просила его остановиться, но это не помогало. Я боялась ходить по улице и выходить из дома, потому что мне казалось, что он может идти за мной по пятам.

Мне стало только хуже, когда я однажды случайно встретила его на улице, — он подошел ко мне с вопросом: «Ты меня узнаёшь?» Я помню, что мне было так страшно, что я просто замерла, а потом попятилась и убежала.

Подробности по теме

«Сама виновата»: почему жертв насилия принято обвинять и как с этим бороться

«Сама виновата»: почему жертв насилия принято обвинять и как с этим бороться

Тогда я никому об этом не рассказывала: мне было стыдно, и я понимала, что ничего не могу изменить. Я надеялась, что однажды ему надоест меня преследовать. К тому же я боялась об этом рассказывать, потому что боялась навлечь обвинения на него, — ведь ясно, что африканца будут судить гораздо строже. К моему страху примешивалось чувство вины.

Все мои попытки уговорить его оставить меня в покое разбивались о его уверенность, что он имеет на это право. Это не было общением двух людей — я была просто его целью, желанным объектом, при этом мои желания не имели значения. Последний раз он звонил мне совсем недавно — спустя шесть лет после того, как он уехал из России.

Он снова говорил, что любит меня и чтобы я не забывала его.

После этой истории мне трудно доверять людям. В начале новых отношений я боялась, что насилие повторится, и я часто их разрывала при первом намеке на что-то подобное.

Меня почти два года преследовал мой бывший муж.

Наши нормальные отношения продолжались полтора года. Мы поженились в сентябре 2013 года, в феврале 2014-го я родила ребенка. Поскольку мой бывший муж никак не помогал мне с ребенком и не каждый день приезжал домой, я решила с ним развестись. Пока мы были вместе, ему не было до меня никакого дела — преследование началось, когда я разорвала отношения.

Он стал писать сообщения — я его заблокировала, но он продолжил писать с разных аккаунтов, от лица других людей с вопросами о том, как я отношусь к бывшему мужу. Дошло до того, что он стал звонить на работу моей маме и спрашивать, почему я его, такого хорошего, бросила. Угрожал: «Я твою жизнь втопчу в говно». Он приезжал и ждал меня у выхода с моего места работы.

После того как мы разорвали отношения, я решила поехать учиться в Германию и забрать ребенка с собой. Бывший муж решил, что не хочет выпускать за границу ни ребенка, ни меня.

Он стал мне писать, что за мной следят, что у него есть знакомые в ФСБ, что у нас в квартире жучки и нас прослушивают.

Отправлял мне сообщения вроде «Сейчас стою у офиса ФСБ, они рассматривают твое дело, ты никуда не уедешь» или «Сегодня я ездил в твой университет и говорил с деканатом». Он залил клеем замок в нашей квартире и перерезал провода на щитке.

Источник: https://daily.afisha.ru/relationship/4254-chto-takoe-stalking-i-kak-byt-esli-vy-stali-zhertvoy-presledovaniy/

За мной следят, что делать: Как защитить себя от киберсталкинга

Существует закон о сталкинге?

Евгения Андольщик

Интервью: Анастасия Жукова

Мы уже писали о проблеме киберсталкинга с юридической и психологической точки зрения. В этот раз мы решили посмотреть на ситуацию с практической позиции.

 Последние технологические достижения — GPS-навигаторы, мобильные телефоны, компьютеры, социальные сети — облегчают жизнь не только нам, но и сталкерам.

При этом известно, что очень малая доля случаев преследования доводится до сведения полиции, а если жертва и обращается в соответствующие органы, то не все случаи квалифицируются как сталкинг. 

На деле под сталкинг попадает любое навязчивое преследование человека со стороны одного лица или группы, по сути это форма домогательства и запугивания. Если преследование происходит через сетевые технологии, оно называется онлайн-сталкингом или киберсталкингом.

Посягательства могут включать угрозы насилием, распространение клеветы, размещение конфиденциальной информации в интернете, анонимные подарки, письма и прочее. Мы составили инструкцию для тех, кто уже столкнулся с онлайн-преследованием, и для тех, кто его опасается. В этом нам помогли эксперты: Алекс Смирноф, основатель консалтинговой компании Glanc, ltd.

, Пётр Сухой, юрист, Eugene Ru, белый хакер, и Анна Артамонова, вице-президент Mail.Ru Group, руководитель бизнес-подразделения «Почта и портал».

Научитесь распознавать сталкинг

Сталкинг может выражаться по-разному — но всегда оставляет чувство незащищённости или страха. Это могут быть сообщения в социальных сетях с оскорблениями или угрозами, назойливое внимание, масса комментариев, в том числе провокационных, кража личных данных (например, фотографий), которые потом публикуются на фейковых страницах.

Если с вашего взломанного аккаунта отправляются сообщения и происходят попытки взаимодействия с вашими коллегами или друзьями — это тоже сталкинг.

Сюда можно отнести и звонки на мобильный, и использование вашего номера на разных сайтах в провокационных целях — например, преследователь может составить анкету на сайте знакомств, указав в ней ваш телефон.

Соберите доказательства и составьте план

К сожалению, в России на данный момент нет соответствующей статьи, которая бы защищала граждан от преследования сталкеров и киберсталкеров. Тем не менее можно и нужно собирать скриншоты угроз и других сообщений сталкера, а также писать в администрацию соцсетей.

Сами по себе сообщения в мессенджерах не могут использоваться как основание для возбуждения дела, но пригодятся, если произойдёт что-то серьёзное. Детективных или юридических агентств, которые бы специализировались на этой проблеме, пока нет.

В кризисной ситуации можно обращаться по телефону доверия 8–800–7000–600 — служба предоставляет пострадавшим от насилия психологическую помощь, а также помогает найти ближайший кризисный центр.

 Надо понимать, что киберсталкинг всегда оставляет следы — и найти агрессора, если что-то случится, теоретически можно без проблем. 

Составьте свой план безопасности, внеся в него информацию о преследователе, его поведении и угрозах, исходящих от него. Продумайте свои действия на случай, если угрозы станут реальными: экстренный отъезд, обращение к друзьям.

Возможно, стоит задуматься о смене номера телефона, блокировке аккаунтов сталкера в соцсетях, смене привычного маршрута и времени поездки на работу, смене спортзала.

Контакты доверенных лиц и кризисных центров тоже лучше внести в план — и желательно не хранить его на компьютере или другом устройстве, к которому может иметь доступ преследователь.

Следите за появлением приложений

В этом, как ни странно, помогут специальные приложения; к сожалению, в России они пока не работают, но это не значит, что ситуация не изменится в ближайшее время.

Вот что можно установить тем, кто живёт за пределами страны: SafeTrek будет отслеживать вашу геопозицию и в случае возникновения чрезвычайной ситуации быстро вызовет полицию, сообщив точное местоположение. Другие похожие приложения с кнопкой SOS — это Guardly, Circle of 6, MyForce, Panic Guard.

В 2016 году Екатерина Романовская вместе с Леонидом Берещанским и Никитой Маршанским создали кольцо Nimb, в которое также встроена тревожная кнопка. При нажатии она посылает пуш-уведомление людям, которых пользователь указал в специальном приложении как «круг доверия».

Придумайте сложный пароль: с заглавными и прописными буквами и цифрами — да-да, не смейтесь, это реально работает. Не пользуйтесь очевидными вариантами, которые легко угадать: именами и датами рождения близких, кличками домашних животных. Конечно, лучше не пользоваться чужими компьютерами и гаджетами, чтобы не оставить свои логины и пароли там, и не пускать никого за свои без присмотра.

Меняйте пароли каждый раз, когда есть подозрение, что их мог кто-то узнать. Важно не использовать один пароль для разных сервисов — но тут надо внимательно держать в голове схему взаимосвязей учётных записей.

Люди часто забывают, что бессмысленно придумывать сложные пароли для каждого онлайн-сервиса, когда каждый из них завязан на одну электронную почту, а она при этом охраняется недостаточно хорошо.

В США 76 % женщин, погибших от рук нынешнего или бывшего партнёра, ранее подвергались преследованию с их стороны

Включите двухфакторную аутентификацию

Большинство специалистов советует использовать двухфакторную аутентификацию везде, где только можно: во-первых, это надёжно, а во-вторых, упрощает восстановление доступа в случае утери. Считается, что это самый надёжный способ защитить доступ к аккаунту — не зря его используют банки.

Правда, по словам, одного из экспертов, SMS-сообщение в качестве второго фактора входа в аккаунт — спорный момент. Хотя сталкеры относятся к «малобюджетным» и недостаточно изобретательным киберпреступникам, возможны ситуации, когда они могут перехватить SMS-код.

Можно пользоваться приложением-аутентификатором на мобильном телефоне — хотя это сразу поднимает большую тему того, как защитить и как не потерять сам телефон.

Ограничьте доступ к своим аккаунтам

Любая информация в социальных сетях практически публична, даже если размещается для друзей — ведь проверить личность всех друзей вряд ли удастся. Эксперты советуют максимально закрыть профили и не принимать заявки от всех подряд.

 У многих сервисов есть возможность скрыть личные данные или ограничить доступ к информации только для близких друзей и родственников — проверьте в настройках безопасности, стоит ли галочка напротив этого пункта. В постах, кстати, свой номер телефона тоже лучше не светить.

Важно следить за любой необычной активностью и не отключать уведомления о попытках входа в ваш аккаунт — а при получении таких уведомлений не помешает лишний раз сменить пароль на ещё более надёжный. 

В США, Шотландии, Германии, Англии, Норвегии сталкинг признаётся уголовным преступлением

По возможности лучше не чекиниться и отключить геолокацию. Многие сервисы уведомляют подписчиков, что вы планируете посетить какое-то мероприятие или отметились в определённом заведении, выдавая адрес, где вы находитесь. Фотографии тоже могут указать на место вашего нахождения — и инстаграм в этом смысле будто создан для того, чтобы привести преследователей туда, где вы находитесь. 

Не переходите по сомнительным ссылкам

Сегодня уровень защиты серьёзных онлайн-сервисов очень высок — соблюдая разумные правила безопасности, можно практически полностью обезопасить себя от взломов и утечек. Не переходите по сомнительным ссылкам, чтобы не стать жертвой фишинга.

Если вы уже кликнули на ссылку, обязательно проверьте, что написано в адресной строке. Типичный пример фишинга — заставить пользователя ввести пароль на подставном сайте, замаскированном под страницу авторизации популярного сервиса вроде онлайн-банка.

Для регистрации на сомнительных сайтах и для рассылок лучше всего использовать подставной адрес. Для этого можно пользоваться анонимайзером почтовой службы, благодаря которому письма приходят в ваш обычный ящик, но создатели рассылки этот адрес не видят.

Если у вашего почтового сервиса подобной функции нет, можно просто завести дополнительный адрес и настроить перенаправление входящих писем в основной аккаунт.

По данным British Crime Survey, 75 % респондентов следят за страницами бывших партнёров в социальных сетях, выслеживая новых пассий.

Не открывайте странные вложения

Лучше всего ничего не скачивать и не открывать, если нет стопроцентной уверенности в безопасности. Прислали документ — смотрите его в превью прямо внутри письма, а не открывайте в Word, и так далее.

 Ни в коем случае не открывайте вложения, присланные с неизвестных адресов: под видом безобидного документа или картинки может скрываться вирус.

 Приучите себя работать в браузере в режиме инкогнито и удалять историю посещений. 

По словам одного из экспертов, главная рекомендация по профилактике взлома вот уже двадцать лет не меняется: не пользуйтесь Windows. Не мешает и контролировать всё, что установлено на смартфоне и компьютере.

Надо понимать, что делает каждое приложение, — для этого можно зайти в статистику сетевых подключений и расхода батареи, посмотреть, какие именно программы использует батарею и сеть.

Поскольку пароли часто воруют с помощью вирусов, стоит установить антивирус и дать ему полную свободу действий: не отключать его и разрешить обновления. 

С 2012 года в Англии и Уэльсе наказание за сталкинг может составить до десяти лет тюремного заключения

В Норвегии с 2016 года за слежку можно угодить в тюрьму на четыре года

Источник: https://www.wonderzine.com/wonderzine/life/life/227212-cyber-safety

Медицина как эффективный способ борьбы со сталкингом

Существует закон о сталкинге?

Японское общество осознало глубину проблемы сталкинга после совершённого сталкером убийства. В октябре 1999 года рядом со станцией JR Окэгава (префектура Сайтама) сталкер зарезал студентку, которую до этого долго преследовал.

Следствие показало, что полицейское управление Агэо, куда жертва обращалась с жалобами на сталкинг, бездействовало, и виновные понесли наказание.

После убийства, в 2000 году был принят Закон «О запрете сталкинга», в соответствии с которым сталкеры, навязчиво преследующие своих жертв (подкарауливание, неожиданные визиты и пр.) сначала получали предупреждение от полиции, а в случае неподчинения арестовывались.

Однако число жертв сталкинга не уменьшалось, а принимаемые полицией меры подвергались критике. В ноябре 2012 года в городе Дзуси (префектура Канагава) 33-летняя женщина была убита бывшим партнёром, который сразу после преступления совершил самоубийство.

Оказалось, что перед убийством он отправил своей жерстве множество электронных сообщений с угрозами и обещаниями убить. В октябре 2013 года в городе Митака (Токио) 21-летний мужчина проник в квартиру к своей бывшей возлюбленной, учащейся выпускного класса старшей школы, и убил её, а также разместил в Интернете множество фото своей жертвы с целью возмездия.

В мае 2016 года в городе Коганэи (Токио) поклонник тяжело ранил ножом выступавшую певицу – студентку вуза. Ранее студентка обращалась в полицию по поводу всё более агрессивных комментариев в Твиттере, однако предупредить нападение не удалось. После преступлений в Дзуси и Коганэи закон «О запрете сталкинга» пересматривался в 2013 и 2016 годах.

В пересмотренной версии отправка электронных сообщений и переписка в социальных сетях стали квалифицироваться как «навязчивое преследование». Это помогло сформировать законодательную базу и улучшить работу полиции. Однако предусмотренное за сталкинг наказание ограничивалось лишением свободы на срок до двух лет либо штрафом до 2 миллионов йен.

Даже если сталкер оказывался в тюрьме, после окончания срока он мог возобновить преследования, и жертва всю жизнь жила в страхе.

«Закон «О запрете сталкинга» ориентирован прежде всего на первичную профилактику преступлений, и с этой точки зрения выдаваемое полицией предупреждение оказывается эффективным, – считает Кобаякава Акико, консультант и директор НКО «Хьюманити». – Однако если сталкер уже совершил преступление, прибегнув к угрозам и физической расправе, его следует немедленно арестовать и принять действенные меры для профилактики рецидива».

Нынешняя законодательная база и действия полиции носят ограниченный характер. Кобаякава ведёт работу со сталкерами на протяжении двадцати лет, представляя интересы пострадавшей стороны. Она проконсультировала уже более 500 сталкеров и неустанно ищет способы их обезвреживания.

Эмоциональная зависимость

Кобаякава вспоминает, что начала работать с жертвами сталкинга в 1999 году, когда произошло убийство студентки на станции Окэгава, однако поводом для начала данной работы послужил личный опыт.

В 1994 году она организовала компанию по импорту произведений искусства, и один знакомый потребовал привлечь его к управлению бизнесом. После отказа мужчина превратился в сталкера. «Он приходил в офис, бушевал, ранил моего сотрудника.

Я обратилась в полицию, однако повод был расценен как несерьёзный: «Если вам подожгут офис – тогда приходите». Мне пришлось нанять телохранителя в охранной компании».

Преследование длилось несколько лет, однако присутствие телохранителя помогло избежать инцидентов. Тем не менее, избавиться от страха преследования преисполненного ненависти мужчины так и не удалось. «У меня вошло в привычку периодически оборачиваться назад, чтобы удостовериться в безопасности».

Впоследствии Кобаякава решила помогать жертвам сталкинга, переживающим сходный опыт. По просьбе пострадавшей стороны она проводила со сталкерами беседы. «Я подумала, что смогу применить приёмы гештальт-терапии, которую изучала после окончания вуза. Эта терапия обучает соблюдению границ между собой и другими людьми».

Сначала мне хотелось стать защитницей жертв, пострадавших от злых людей – сталкеров. Однако начав беседовать с преследователями, я обнаружила, что они тоже испытывают страдания.

Многие преследуют объект своей страсти из-за неразделённой любви или не могут встать на правильный путь и регулярно занимаются самоповреждением.

Я поняла, что сталкинг – это разновидность аддикции, зависимость от определённого человека».

Привлечение специалистов

Кобаякава разработала собственное определение сталкера – «человек, проявляющий повышенный интерес к определённому объекту (включая организации и местность) и приближающийся к нему без разрешения вследствие избыточного стремления к близости», а также типологию поведения сталкеров.

Закон «О запрете сталкинга» исходит преимущественно из того, что мотивом преследования является несчастная любовь, однако сталкинг может возникнуть между родителями и детьми, или, как испытала на себе Кобаякава, в результате ненависти.

Наиболее распространённый тип сталкера – «отверженный партнёр», когда преследование возникает после краха любовных или других близких отношений. Приведённые в начале статьи убийства совершены именно этим типом сталкеров.

Получив запрос от пострадавшей стороны, Кобаякава определяет уровень психологической опасности агрессора по трёхступенчатой шкале. «Риск» – преследование с целью сообщить о своих страданиях.

«Опасность» – обвинение жертвы с целью нарушить её эмоциональный фон и заставить взять ответственность на себя. «Яд» – наихудший сценарий развития событий вплоть до убийства.

Во время собеседования с жертвами Кобаякава определяет стадию, на которой находится преследователь.

До того, как сталкер перейдёт на стадию «Яд», нужно, чтобы кто-то запретил ему продолжать свои действия. По закону полиция имеет право выдачи предупреждения. Однако вмешательство полиции может оказать обратный эффект.

Поэтому при выдаче предупреждения органам следует сотрудничать с профильными психиатрическими соцработниками, медработниками и психологами-консультантами, которые способны сказать сталкеру «ты получил предупреждение, но ты тоже страдаешь».

В идеале собеседование с психологом должно предшествовать получению предупреждения от полиции, а жертва перед обращением в полицию должна иметь возможность поговорить с консультантом, разбирающимся в психологии сталкеров».

Убийство Миёси Риэ в Дзуси в 2012 году оставило в душе Кобаякавы неизгладимый след. Когда девушка пришла к ней на консультацию за год до преступления, сталкер уже был арестован за угрозы.

Кобаякава, считая, что законодательные меры не в состоянии предупредить рецидив преступления, предложила встретиться со сталкером в качестве консультанта, однако Риэ не согласилась. На суде преступник был признан виновным, приговорён к испытательному сроку и вышел из тюрьмы.

В марте следующего года девушка вновь стала получать от него множество электронных сообщений, и Кобаякава посоветовала потребовать от полиции повторного ареста. Риэ обратилась в полицию, однако ей отказали, посчитав, что происшествие относится к категории гражданского, а не уголовного права.

«Мысль о том, что если бы я убедила Риэ разрешить мне поговорить со сталкером, убийства бы не произошло, будет мучить меня всю оставшуюся жизнь», – признаётся Кобаякава.

«90% сталкеров, с которыми я работала, смогли встать на правильный путь благодаря психотерапии и консультациям психолога, однако у 10% изменений к лучшему не произошло. Передо мной стояла серьёзная задача – найти способ, способный обезвредить оставшиеся 10%».

Встреча с врачом Хираи Синдзи из Национального психиатрического центра Симофуса в городе Тиба в 2013 году открыла новые горизонты. Хираи сообщил, что разработанный им метод контроля условных рефлексов, внедрённый в центре Симофуса, может оказаться эффективным и для сталкеров.

Метод применяется для лечения различных аддикций, вызванных неспособностью контролировать свои действия, включая употребление наркотиков, азартные игры и алкоголизм.

Во время 13-недельной госпитализации пациенты проходят поэтапную тренировку мозга, которая снижает уровень интенсивности влечений, вызывающих повторяющееся девиантное поведение, и развивает способность контролировать свои поступки.

Сначала слова Хираи «сталкинг излечим» вызвали у Кобаякавы недоверие. Однако 20-летняя девушка, не способная прекратить сталкинг и считающая, что остаётся только умереть, пройдя курс лечения, полностью избавилась от зависимости.

За период с 2014 года Кобаякава в сотрудничестве с центром Симофуса поместила на лечение более 20 сталкеров уровня «опасность» и «яд», и практически все прекратили заниматься преследованием. Имеется пример успешного сотрудничества с полицией и органами юстиции.

Однажды Кобаякава проконсультировалась с адвокатом обвиняемого в преследовании сталкера, и его выпустили под поручительство доктора Хираи для проведения лечения. В больницу сталкера доставила полиция.

После лечения сталкер, приговорённый к условному наказанию, избавился от привязанности к объекту преследования и смог начать новую жизнь.

«В современной медицине сталкинг, то есть неспособность контролировать свои действия, не относят к психическим заболеваниям, а адекватным методом воздействия считают не медицинское вмешательство, а консультации психолога.

Преследователь тоже не считает себя больным. Нужно добиться понимания того, что сталкинг – это психическая болезнь. Юридическая система тоже должна в этом участвовать, – например, суды могут выдавать приказы о лечении».

Сталкер нового типа: поколение соцсетей

В последние годы растёт число обращений о преследованиях людьми, взаимодействие с которыми ограничивается общением по Интернету, то есть фактически незнакомыми, а также о случаях преследования учеников средней и старшей школы.

Кобаякава считает, что это свидетельствует о необходимости внедрения уроков о сталкинге в школах, куда всё глубже проникают социальные сети: «Учителя должны уметь эффективно работать со случаями сталкинга и организовывать для учеников практические занятия, моделирующие ситуации преследования».

По данным Полицейского управления, количество обращений в полицию о преследованиях сталкеров за шестилетний период с 2012 по 2018 год превысило 20 тысяч.

«Популяризация соцсетей повлечёт за собой увеличение случаев сталкинга. Складывается впечатление, что переход преследователей из фазы «риск» в фазу «яд» ускорился, – отмечает Кобаякава. – Я хочу как можно быстрее добиться повсеместного внедрения лечения с помощью контроля условных рефлексов. Это первый в мире революционный метод лечения сталкинга».

Интервью и текст статьи: Итакура Кимиэ (редколлегия Nippon.com)

Фотография к заголовку: директор НКО «Хьюманити» Кобаякава Акико (июль 2019 года, Токио)

Источник: https://www.nippon.com/ru/in-depth/d00504/

Сталкинг: как люди превращаются в параноидальных преследователей

Существует закон о сталкинге?

Ольга Аверкиева |  1 марта 2018, 15:48

Как становятся сталкерами, кто сначала безумно влюбился в Бьорк, а потом хотел ее взорвать, в каких странах предусмотрено уголовное наказание за навязчивое преследование — в материале «Футуриста».

Сталкеринг, он же сталкинг, — нежелательное навязчивое преследование человека другим человеком или группой людей. Такое преследование может проявляться в бесконечных звонках, сообщениях, слежке, запугивании или в домогательствах. О сталкинге, как о проблеме, заговорили еще в девяностых. Поводом, во многом, послужили яркие примеры участившихся преследований знаменитостей.

В 1996 году американский 21-летний офицер Рикардо Лопес попытался убить исландскую певицу Бьорк, отправив в ее лондонскую резиденцию посылку с бомбой. Ее успел перехватить Скотланд-Ярд. Причем Лопес так и не узнал, удалось ли ему свершить задуманное.

После отправки посылки он вернулся домой и застрелился под песню Бьорк, записав самоубийство на камеру. Болезненное влечение Лопеса началось в 1993 году, когда он стал собирать информацию о жизни певицы, письма ее поклонников. Спустя три года он узнал о том, что Бьорк встречается с музыкантом Голди.

Лопес разочаровался, посчитал отношения Бьорк изменой и в конечном счете решил убить ее. Но, к счастью, не вышло.

Еще одной жертвой фаната-сталкера в свое время стала Гвинет Пэлтроу. В 1999 году некий Данте Сойу, влюбленный в актрису, пришел в дом родителей Пэлтроу в Санта-Монике. Его, естественно, прогнали. Но Сойу не сдался — заваливал родительский дом актрисы письмами к ней и посылками с секс-игрушками. Родители Гвинет обратились в полицию.

И в 2000 году суд отправил Данте на принудительное психиатрическое лечение. Через три года его выпустили из клиники. А в 2009 году под его прицел снова попала Пэлтроу. Он присылал ей украшения, книги, подарки, письма и пытался извиниться за прошлое поведение. Пэлтроу это все равно пугало, и она обратилась в суд.

Но в 2016 году суд присяжных признал Сойу невиновным, сославшись на отсутствие непристойных вещей в посылках.

С появлением интернета сталкинг получил большее распространение. За любимыми актерами или певицами, да и не только за ними, стало легче следить. Письма и навязчивые сообщения стало возможным отправлять не только по реальному адресу, но и по электронной почте или в социальных сетях.

Только в этом году арестованы сталкеры, преследовавшие супермодель Беллу Хадид, певицу Лану Дель Рей. Так называемый киберсталкинг приобрел большую популярность, чем физическое преследование.

Киберсталкерами, как правило, движут несколько целей: желание знать местонахождение своей жертвы, контролировать ее, эмоционально беспокоить и жестко манипулировать.

В качестве жертв сталкеры выбирают не только известных личностей. В Великобритании в 2017 году было зафиксировано 25 тысяч случаев навязчивых преследований.

В США, согласно опросу Национального исследовательского центра, проведенного в прошлом году, 41% американцев подвергались онлайн-преследованию.

Причем, почти каждый пятый американец получал угрозы физической расправы, страдал от сексуальных домогательств, или его преследовали в течение длительного периода.

Преследование и наказание

Первой страной, где ввели уголовное наказание за сталкинг, стали США. А именно, в 1990 году в Калифорнии был принят закон против преследований. Тогда же в законе прописывалось определение сталкинга — «сознательное, совершаемое со злым умыслом и повторяющееся преследование и причинение беспокойства другому человеку».

А уже к 1992 году подобные законы появились еще в 30 штатах. На принятие этих законов во многом повлияло убийство актрисы Ребекки Шеффер. Три года ее преследовал поклонник Роберт Джон Бардо. А в 1989 году он пришел к ней домой и застрелил актрису. Ему дали пожизненный срок.

Затем подобные законы появились в Канаде, Австралии и Бельгии.

В Германии поправки в Уголовный кодекс, предусматривающие наказание за преследование, были приняты в 2007 году. Сталкеры в Германии могут лишиться свободы на срок до трех лет. В Шотландии закон о борьбе со сталкингом вступил в силу в 2010 году.

За два года действия этого закона в Шотландии за преследования было осуждено 443 человека. Для сравнения, до появления закона только 70 человек за десять лет понесли наказание за преследования своих жертв.

В Англии и Уэльсе сталкинг стал уголовно наказуемым преступлением в 2012 году.

Помимо законов, во многих странах есть общественные организации, занимающиеся помощью жертвам сталкеров. Например, в Великобритании есть The Suzy Lamplugh Trust, которая организовала национальную горячую линию для поддержки пострадавших от преследований. Более того, в прошлом году организация получила финансирование на новый проект, цель которого — реабилитация сталкеров.

В России нет никаких законов, предусматривающих наказание за сталкинг. Официальная статистика, соответственно, тоже не ведется. В интернете даже пытались собрать подписи с требованием ввести в Уголовный Кодекс России статью о сталкинге. Но дело дальше интернета не зашло — не набралось необходимое число подписей.

Как говорят в центре помощи пережившим сексуальное насилие «Сестры», в России можно попробовать привлечь сталкера к административке за оскорбление или к уголовке — за угрозу убийством. Но на практике это сложно осуществить.

Эксперты советуют сохранять все, что присылает сталкер, записывать разговоры, делать скриншоты сообщений, рассказывать обо всем друзьям и со стопкой задокументированного материала обращаться в полицию. Но не факт, что проблема решится.

По мнению юриста Мари Давтян, в России для начала надо принять закон о домашнем насилии, за который она и многие ее коллеги ратуют уже несколько лет, а уже потом можно будет говорить и о законе против сталкинга:

«Отношение нашего суда к преследованию отлично иллюстрируется одним случаем из моей практики. Муж моей клиентки угрожал убийством ей и её ребёнку. Психиатрическая экспертиза выявила у него шизофрению и признала его особо опасным для общества. Но в результате он остался на свободе и свободно продолжал угрожать своей жене.

По результатам экспертизы мы попросили суд предоставить моей клиентке защиту. Суд отказал — на том основании, что этот закон создавался для защиты свидетелей в расследованиях терроризма или организованной преступности. А на жертв угроз он не распространяется.

Судья тогда сказал: “Подумаешь, вам какой-то псих угрозы пишет, не принимайте близко к сердцу”.

Кто становится сталкером и почему?

По подсчетам американских исследователей, со сталкингом хоть раз в жизни сталкиваются 15,2% женщин и 5,7% мужчин. В Великобритании, по данным прошлого года, 94% убийств совершается на почве нездорового желания преследовать и запугивать людей.

Еще в 1999 году австралийский судебный психиатр Пол Маллен выделил пять типов сталкеров: отверженные, требующие близких отношений, несостоятельные, злопамятные и хищники.

Вариантов того, как сталкеры преследуют своих жертв, бесконечное множество. Кто-то присылает цветы, шоколад, книги, свои фотографии, мертвого кота (бывает и такое). Кто-то от имени жертвы заказывает еду с доставкой на дом или билеты на самолет.

А кто-то угрожает конкретному человеку или его друзьям и партнерам.

Согласно исследованию, проведенному Малленом, сталкерами становятся бывшие партнеры жертвы, коллеги и клиенты, случайные знакомые и конечно же безумные фанаты. Большинство сталкеров, как правило, страдает каким-либо психическим расстройством: эротоманией, патологической ревностью, шизофренией, биполярным расстройством и т.д.

Что движет сталкерами, зачем они месяцами, а кто-то и годами преследуют одного человека? Мотивация тоже у всех разная. Одни агрессивным поведением могут пытаться вернуть партнера после разрыва отношений.

Другие преследуют человека, чтобы запугать его, навредить ему или отомстить за что-то. Причем, некоторые, чувствуя обиду на весь мир, для этого выбирают совершенно случайную жертву.

Третьи решают, что за безответную любовь все равно нужно бороться, и свою цель надо достигнуть любой ценой.

  0   0   0 Теги Сталкинг психология США Россия Великобритания шизофрения

Источник: https://futurist.ru/articles/1383-stalking-kak-lyudi-prevrashchayutsya-v-paranoidalynih-presledovateley

Криминальный мир
Добавить комментарий