Правомерны ли действия судмедэксперта в данной ситуации?

Судмедэксперт должен быть хладнокровным циником

Правомерны ли действия судмедэксперта в данной ситуации?

5 ноября 2013

По этическим причинам этот спецпроект «Один день с…» будет отличаться от других: он не будет содержать фотографий непосредственно с рабочего места нашего героя, потому что наш герой — судебно-медицинский эксперт.

Роман Евдокимов

Роман Евдокимов уже восемь лет работает в бюро судебно-медицинской экспертизы, расположенном рядом с территорией БСМП-2.

— Отношение к моей профессии у людей бывает разное. У некоторых сразу возникает отторжение: трупорез. Некоторые относятся спокойно. Сам я горжусь своей работой, — говорит Роман.

О том, как проходит его рабочий день, с какими трудностями ему приходится сталкиваться, а также о врачебном цинизме, этике и вере в Бога он согласился рассказать журналисту donnews.ru.

В бюро приезжаю с утра. У крыльца — печальные родственники умерших, некоторые с цветами. Огромный указатель на похоронное бюро. Захожу внутрь помещения, где меня встречает Роман.

К моему облегчению, мы не спускаемся в морг сразу, а поднимаемся вверх по лестнице, в уютный кабинет судмедэкспертов.

Помимо большого количества медицинских книг в кабинете присутствует ностальгический декор

Роман Евдокимов рассказывает, что попал в бюро ещё студентом Ростовского мединститута, 13 лет назад. Тогда он устроился ночным санитаром.

— Первое время было очень непривычно, потому что раньше я с подобными вещами не сталкивался. Я вообще-то учился на педиатра, а потом попал сюда, да так и остался, получил необходимую специализацию, потому что профессия очень интересная.

Сожаления о том, что ему приходится иметь дело с людьми, которым лечение уже не требуется, у Романа нет.

Коллега Романа. А кто говорит, что судмедэксперт не женская профессия?

— Каждый должен заниматься тем, что ему по душе, что у него хорошо получается. Надо заниматься любимым делом. Если у человека получается хорошо лечить, пусть лечит. А у меня лучше получается моя работа.

Рабочий день у Романа ненормированный, хотя официально — с 8:30. Как правило, Роман приезжает на работу к шести утра и раньше 17:00 никогда не уходит. Бывают и ночные дежурства, и суточные, когда приходится выезжать с полицией на места происшествий.

Пулевое ранение в лоб

Работа судмедэксперта отличается от работы патологоанатома. Если патологоанатомы работают в основном с телами людей, умерших своей смертью, в больницах или дома, то судмедэкспертам достаются самые сложные случаи — жертвы преступлений, бомжи, скелетированные останки, неопознанные тела.

По словам Романа, опознание — дело трудное, потому как проведение генетической экспертизы занимает не один день.

— Это только в фильмах показывают, как анализы берут и за пару минут получают все результаты. На самом деле это процесс куда более длительный. Разработанный нами в бюро метод опознания особенно необходим в случае массовой гибели людей. Если раньше это были недели, то сейчас — дни.

Впервые мы применяли этот метод в 2004 году, когда работали на месте взрыва самолёта в Каменском районе, и в 2006 году, когда упал самолёт в Донецке. Украинские эксперты занимались лабораторными исследованиями, а мы — опознанием, потому что там больше ста человек было на борту. Летели люди, самолёт разбился, было возгорание.

Родственники хотели похоронить именно своего человека, а не кого-то другого. Для этого нужно было в сжатые сроки провести идентификацию. Генетическая экспертиза — это хорошо, но долго. Первым делом надо было определить, кого мы можем идентифицировать сразу по фотографиям, особым приметам, предметам одежды, кольцам, ценностям.

Тогда мы работали с родственниками каждого погибшего отдельно. Также эту методику мы применяли в 2009 году, когда разбился автобус под Самарским.

Сердце, разорванное выстрелом дроби

По словам Романа Евдокимова, раньше в случае массовой гибели людей никто особо с родственниками не церемонился: грубо говоря, разложили останки в ряд — выбирай. Но такой метод опознания не может не травмировать.

Искусственные клапаны сердца

Взаимоотношения с родственниками, пожалуй, один из самых трудных моментов в работе Романа. Люди разные и на горе реагируют по-разному.

— В основном, конечно, люди ведут себя адекватно. Если есть вопросы, стараемся терпеливо объяснить причину смерти, рассказываем, какие процедуры нужно пройти, какие документы оформить. Тут не обойтись без знания психологии, без жизненного опыта, которые, конечно, приходят с годами.

Бывает, что родственники отказываются от вскрытия, иногда по религиозным причинам.

— Полиция выписывает постановление о производстве судебно-медицинской экспертизы, и на основании этого мы должны провести исследование. Это не мы придумали, таково наше законодательство.

Мы должны установить причину смерти. Как правило, родственников убеждают полицейские.

Если же дело в религии, например если умерший мусульманин, у них есть старшие, муфтии, которые объясняют родственникам, что процедура необходима.

Причину смерти можно определить почти всегда, и только если тело сильно повреждено — скелетировано, сильно обгорело или гнилостно изменено, эксперты сталкиваются с трудностями.

— Но и тогда есть ряд обязательных процедур, которые мы должны выполнить. Как у лечащих врачей есть определённый алгоритм лечения каждой болезни, утверждённый Минздравом, так и у нас есть служебные инструкции. Если же установить причину смерти невозможно, полицейские расследуют его исходя из обстоятельств смерти, свидетельских показаний, других улик.

Роману необходимо спуститься в морг: две его ученицы проводят вскрытие, как учителю ему необходимо проверить, всё ли в порядке. Я получаю белый халат и спускаюсь с ним вниз.

Морг совсем не такой, как показывают в фильмах — с холодным неоновым светом, рядами цинковых столов и бирками на пальцах. Просто коридор, из которого идут несколько дверей.

За дверями — комнаты, отделанные белым кафелем. И запах. Неприятный.

— Я привык к этому. Запах — да, это неприятно, но человек такое существо, что ко всему привыкает, — говорит Роман.

Спрашиваю, как же удаётся экспертам выполнять свою работу, не поддаваясь эмоциям?

— Психологические сложности нужно оставлять дома. Нельзя сопереживать, проводя вскрытие человека. Чувства могут тебя захлестнуть, и ты не сможешь нормально сделать свою работу. Тут нужно хладнокровие.

Это — работа, ты просто должен выяснить всё, что от тебя требует следствие. Если ты не можешь сдержать чувств, то нужно уходить из профессии.

Если переживать всё это сердцем, то голова может поехать куда-то в сторонку.

Молодая врач-ординатор в перерыве пьёт чай и читает книжку

Роман проходит в секционный зал, где два молодых врача-ординатора проводят вскрытие. Даёт девушкам несколько советов, проверяет записи.

А потом показывает мне комнату, где хранит наглядные пособия, которые обязательно показывает своим ученикам.

Это — черепа с пулевыми отверстиями, пробитое дробью сердце в колбе, искусственные сердечные клапаны, эмбрионы… На отдельной полке целая коллекция камней: из почек, жёлчного пузыря…

Оказывается, это не самое удивительное, что можно найти в человеческом теле.

Камни, образовавшиеся в человеческих органах

— Бывают и казуальные случаи, — рассказывает Роман. — Однажды во время вскрытия моя коллега обнаружила в плевральной полости мужчины клинок! Видимо во время удара рукоятка обломилась, а лезвие осталось внутри человека. И он долгие годы с этим жил, хотя по всем законам давно должен был умереть. А умер он от того, что много пил.

Роман рассказывает, что каждый эксперт отвечает за своё исследование — от и до. И за всю бумажную работу тоже несёт ответственность. Бывает, и в суд вызывают, если что-то непонятно судье или сторонам.

Тогда приглашают эксперта, чтобы тот грамотно объяснил людям, не сведущим в медицине, то, что написано в заключении.

Иногда приходится объяснять на пальцах, какими-то схематическими рисунками, а порой, что называется, на себе.

Человеческие черепа

Спрашиваю у Романа, действительно ли, как показывают в фильмах, можно по характеру повреждений тела определить примерный рост и вес убийцы, правша он или левша.

Оказывается, далеко не всегда.

— В фильмах это все идеализировано, убраны многие моменты, с виду там все идеально, в жизни так не бывает. Анализы, которые в фильмах делают за две минуты и дают стопроцентный результат, — это тоже неправда. Стопроцентного результата не бывает нигде, только там, у Всевышнего. Никакая генетическая экспертиза никогда не даст стопроцентного результата.

Образцы тканей изучают под мощным микроскопом

— А вы верите в Бога? — спрашиваю я.

— Да, я верю в Бога. Он есть, и никуда от этого не денешься. Я к этому пришёл, со временем осознал. Это трудно объяснить. Я не религиозный человек, я верующий — это разные вещи в нашей стране. С 90-х годов у нас в стране стало модно быть религиозным, идёт популяризация, это уже стало брендом. Но я думаю, вера и бренд — это разные вещи. Верить сердцем надо, а не устраивать показуху.

Образцы тканей окрашивают перед исследованием

Впрочем, как раз многие религиозные люди относятся к работе Романа с резким осуждением.

— Наша деятельность может двояко трактоваться церковью, — считает он сам. — С одной стороны, это глумление над трупом. А с другой стороны, от наших действий будет зависеть, например, понесёт ли убийца наказание. Следовательно, мы занимаемся Божьим промыслом.

Впрочем, наличие такого явления, как врачебный цинизм, Роман подтверждает.

Грибы Candida под микроскопом

— Конечно, цинизм есть в любой врачебной профессии. Такой же цинизм есть и у следователей, у полицейских — у любых людей, которые имеют дело со страшными вещами. Это защитная реакция организма.

Впрочем, врачебную этику никто не отменял. Первым делом студентам-медикам и учащимся школы полиции (которым в учебных целях тоже положено посетить вскрытие) объясняют, что фотографировать происходящее в морге неприемлемо. Неприемлемо и принимать здесь пищу.

Копоть в лёгких под микроскопом

— Ни при каких условиях. Точка, — подчёркивает Роман.

Несмотря на большое количество стереотипов, Роман с удовольствием слушает анекдоты про судмедэкспертов и патологоанатомов, правда, по его признанию, не запоминает. Не смотрит он и так популярные сейчас фильмы вроде «Доктора Хауса» или «Интернов».

— В свободное время я читаю книги. Очень люблю историю, именно серьёзную литературу с цифрами и датами, без вымышленных персонажей и историй. Люблю почитать Артура Хейли. В школе я прочитал всего Ленина по собственному желанию. Человек очень интересно пишет, ну, если не проникаться идеями марксизма, конечно.

Если уж разговор зашёл о Ленине, не могу не спросить: не считает ли Роман, что пора захоронить вождя мирового пролетариата?

— С одной стороны, это прорыв в науке и в системе бальзамирования, а с другой стороны, я этого не понимаю. По-моему, из Красной площади на самом деле сделали кладбище, там же не только Ленин похоронен, ещё есть захоронения вдоль Кремлёвской стены. Какие бы они ни были, как бы к ним ни относиться, всё-таки эти люди должны покоиться с миром, подальше от места прогулок и проведения концертов.

Новые образцы готовят к исследованиям

Мы поднимаемся на верхние этажи бюро, проходим мимо кабинетов, мимо гистологической лаборатории, где исследуют образцы человеческих тканей. Коллектив здесь небольшой, но слаженный. Роман объясняет, что желающих работать в бюро не так уж много, работа экспертов не только сложна, но и требует большой подготовки: нужно знать не только предмет своей специализации, но и всю медицину в целом.

Кроме того, ритм работы выдерживают далеко не все. Про себя же Роман говорит, что он, как и многие здесь, трудоголик.

Спрашиваю, как же относится к такой работе жена Романа. Оказывается, что прекрасно.

— Она сама судебно-медицинский эксперт, только работает в отделе медицинской криминалистики. Мы познакомились на работе и уже долго вместе. Иногда обсуждаем работу дома, даём друг другу советы: одна голова хорошо, а две лучше. Иногда работаем вместе — на опознании жертв авиакатастроф, например. В 2008 году ездили вместе в Цхинвали, работали на войне.

У Романа сегодня ещё много работы. Хотя, как он сам говорит, самый пик приходится на понедельник — в этот день наибольшее количество вскрытий. Доктор провожает меня до калитки и напоминает, что автобусная остановка находится на улице Евдокимова.

— Да, — смеётся Роман, — раньше у нашего бюро был тоже адрес: улица Евдокимова. Было смешно, когда люди по ошибке приходили ко мне: меня к вам направили. А я им объяснял, что не к Евдокимову, а на улицу Евдокимова — в учреждение.

Получается действительно интересное совпадение — Евдокимов, работающий на улице Евдокимова. А может, это одно из воплощений фразы «человек на своём месте»?

Алина Ключко

Источник: //www.donnews.ru/Sudmedekspert-dolzhen-byt-hladnokrovnym-tsinikom_1144

Расскажу всё об административном расследовании ДТП: когда проводится, зачем нужно и какие сроки установлены

Правомерны ли действия судмедэксперта в данной ситуации?

Приветствую всех, это Кулик Илья. Как вы понимаете, не всегда при дорожной аварии ясно, кто и в чём виноват. А выяснить это необходимо, ведь виновник должен понести наказание, и нельзя, чтобы был наказан невиновный.

Поэтому для выяснения обстоятельств происшествия назначается административное расследование ДТП, в процессе которого будет определяться факт правонарушения. В каких случаях его проводят, как проходит расследование и какое значение имеют его итоги для участников аварии, я расскажу вам в сегодняшней статье. Поехали!

Варианты оформления правонарушения при ДТП

Инспектор имеет право при обнаружении противоправных поступков:

  • вынести постановление об административном правонарушении. Это возможно, только когда положенное наказание – штраф или предупреждение. Другие меры может применить только суд. А также этот документ не оформляется, если лицо, подлежащее ответственности, не согласно с обвинением или применяемой к нему мерой, или оно является несовершеннолетним или служащим по призыву;
  • оформить протокол об АП. То есть зафиксировать факт совершения АП. Наказание определяется позже;
  • вынести определение о возбуждении административного дела и проведении расследования;
  • вынести определение об отказе в возбуждении дела. Бывает, когда состава правонарушения не обнаружено.

В каких случаях проходит административное расследование дтп

Основной причиной возбуждения дела по КоАП, следовательно, для назначения расследования, является выявление противоправного деяния, для выявления всех обстоятельств которого необходимо длительное время или проведение экспертиз.

Чаще всего расследование назначается, когда из-за нарушения ПДД в дорожной аварии причинён лёгкий или средний вред здоровью, при сокрытии одного из участников с места столкновения, а также при спорных случаях, когда водители расходятся во взглядах на причины случившегося.

Когда же подозревается причинение тяжкого телесного ущерба или есть погибшие, возбуждается уголовное дело и начинается следствие.

Примечание. Определение о расследовании выносится и в отношении высших государственных чинов, а также иностранцев, пользующихся иммунитетом.

Что определяется в итоге

Проведение расследования входит в полномочия сотрудников автоинспекции. В его ходе выясняются все обстоятельства, от которых зависит виновность участников ДТП и которые необходимы для определения меры наказания, если вина будет доказана.

Административное расследование – это только выяснение обстоятельств случившегося, по сути, то же самое, что делает в обычном случае автоинспектор на месте происшествия, только более длительное по времени, а не рассмотрение самого дела. Оно нужно только для выяснения: было ли правонарушение или нет, а если было, то в чём состояло.

Определение наказания, которое фиксируется постановлением об АП – это отдельный процесс. И существует вероятность, что протокол об АП будет оспорен, и лицо, по действиям которого проводилось расследование, будет признано невиновным.

Как оформляется

Выносится соответствующее определение сразу как становится известным, что совершено правонарушение, требующее такой процедуры, как расследование. То есть сразу на месте аварии при оформлении документов.

При этом лицу, в отношении которого возбуждено дело об АП (ЛВОК – на сленге юристов), а также остальным участникам процесса, объясняются их обязанности и права, что фиксируется в тексте определения.

Копия определения выдаётся потерпевшему и виновнику, о чём они свидетельствуют своей росписью. Когда это невозможно, копии высылаются на их адрес. Выдача или отправка копий должна быть осуществлена не позже суток после составления определения.

Бланк определения о расследовании

Образец формы определения о возбуждении дела об административном правонарушении утверждён Приказом МВД №185. Им же регламентируются все процедуры, касающиеся безопасности движения. Скачать бланк можно по этой ссылке.

В определении на лицевой стороне пишется:

  • дата и место написания бумаги;
  • должность, звание и ФИО сотрудника;
  • причина возбуждения дела;
  • информация, доказывающая наличие правонарушения;
  • статья, предусматривающая наказание.

На обратной стороне копий, вручаемых виновнику и ЛВОК, приводится содержание статей КОАП, содержащих положения об их правах и обязанностях.

Как проходит расследование

Когда выясняется, что для принятия решения нужно длительное расследование, дело направляется в отдел дознания того подразделения ГИБДД, служащие которого оформляли происшествие. Назначается группа разбора, на которую должны явиться участники инцидента.

Предварительно опрашиваются очевидцы, изучаются материалы, собранные на месте происшествия, составленные бумаги.

Так как документы, зафиксировавшие аварию, один из основных объектов для проведения расследования, очень важно их правильное составление и полнота информации.

По статистике в 75-90% случаев на предварительное расследование и изучение материалов уходит от трёх дней до одного месяца.

Группа разбора

Во время проведения группы разбора будут выясняться подробности происшедшего на основании составленных документов, а также беседы с каждым из участников инспектора, ведущего дело. Иногда требуются экспертизы, которые помогают восстановить механизм происшествия, например, трасологической.

Участникам надо тщательно подготовиться к разбору, продумать, как они будут отстаивать свою точку зрения на произошедшее. В сложных ситуациях полезна консультация и помощь юриста. На основании результатов разбора принимается решение о том, совершены ли лицами, попавшими в ДТП, правонарушения, и какие именно.

Когда причинён телесный вред

Для определения тяжести ущерба, нанесённого здоровью сотрудник ГИБДД вправе запросить информацию в медучреждении, где оказывалась медицинская помощь потерпевшему. Возможно при необходимости и проведение медицинской экспертизы судмедэкспертом.

Но заключение о степени вреда является предварительным и необходимо только для определения положения КоАП, по которому подлежит ответственности ЛВОК. Степень тяжести травм может установить только судна основании данных судебно-медицинской экспертизы.

Примечание. Если во время расследования обнаружится причинение тяжкого вреда, то административное дело прекращается, возбуждается уголовное дело, материалы передаются в органы следствия.

Сроки

В общем случае срок расследования не должен быть больше 1 месяца с даты вынесения определения. Продлевать его можно только в особых ситуациях, например, если возникли проблемы, из-за которых нельзя завершить расследование в обычный срок. Для продления необходима подача от лица, ведущего дела, письменного ходатайства к руководству.

Примечание. Привлечь по административной статье к ответственности можно не позже:

  • 2 месяцев – когда наказание назначает уполномоченное лицо;
  • 3 месяцев – когда дело должен рассматривать суд;
  • 1 года – когда расследуются нарушения, связанные с нетрезвым вождением и причинением вреда для здоровья.

Продление времени расследования

В документе о продлении времени расследования обязательно пишется:

  • время и место оформления;
  • должность и фамилия с инициалами лица, составившего его;
  • обоснование продления срока расследования;
  • дата, до которой продлевается разбирательство по делу;
  • подпись руководителя, вынесшего определение или его заместителя.

Оформленная бумага в течение суток вручается или отправляется, например, по почте ЛВОК и потерпевшему.

Когда случилась авария без пострадавших

Когда инцидент обошёлся без человеческих травм, руководитель подразделения, в котором разбирается дело, может продлить расследование на время, не большее 1 месяца. Таким образом, наибольшее по времени расследование может продолжаться два месяца. В большинстве случаев это более чем достаточно для полноценного разбора происшествия.

Сколько длится расследование ДТП с пострадавшими

Когда разбирается дело о причинении в ДТП лёгкого и средней степени вреда здоровью, период разбирательств может быть увеличен на срок максимум до полугода. В первую очередь такое время необходимо для определения тяжести травм.

Итог расследования

В конце проведённой работы должен быть вынесен протокол об АП, если будет определён факт правонарушения в поступках ЛВОК, или постановление о прекращении дела, когда нет оснований для наказания этого лица.

При составлении протокола, если определение наказания находится в полномочии должностного лица, разбирающему дело, он сам в течение 3 дней выносит постановление об АП. А если КоАП предусматривается мера, отличная от штрафа дело передаётся в такой же срок в суд (или немедленно, если статья, по которой ведётся дело подразумевает арест), что закрепляется соответствующим определением.

Напомню, что постановление об АП, в любом случае может быть обжаловано в течение 10 суток в вышестоящем подразделении полиции или в суде.

Подведём итоги

  • административного расследования необходимо для определения факт совершения правонарушения;
  • наказание виновному не определяется в ходе этого расследования;
  • обычный срок – 1 месяц, возможно продление;
  • итогом расследования становится протокол об АП или прекращение дела.

Заключение

Административное расследование – это выяснение обстоятельств ДТП, проводимое в случае невозможности определить их сразу. В завершение выносится протокол об АП или дело прекращается.

Если остались неясности по теме прочитанного – пишите в комментарии, я постараюсь ответить.

-бонус: 5 случаев когда ты не зассал и спас жизнь! Второй выпуск.

У меня на сегодня всё. Чтобы поделиться с друзьями в социальных сетях прочитанной статьёй достаточно нажать соответствующую кнопку ниже. А подписка на рассылку статей – удобный способ всегда быть в курсе новых материалов. Всего доброго!

П. С.: Изображения взял здесь: drive2.ru/r/bmw/1302075. На фото – BMW Z4.

Источник: //kulikavto.ru/dtp/administrativnoe-rassledovanie-dtp-dlya-chego-i-kak-provoditsya-i-skolko-dlitsya.html

Владимир Клевно рассказал, как будут оценивать степень вреда, причиненного здоровью человека

Правомерны ли действия судмедэксперта в данной ситуации?
Как мы уже сообщали, теперь степень тяжести вреда, причиненного здоровью человека, будут определять не по ведомственным документам, а по правилам, утвержденным постановлением правительства (“РГ-Неделя”, N 185, 24-30.08).

Один из авторов постановления – директор Центра судмедэкспертизы Росздрава Владимир Клевно – дежурил на телефоне “горячей линии” в “Российской газете”.

Чернобыльцу поможет суд

“Моего мужа военкомат в свое время направил на ликвидацию чернобыльской аварии. Теперь у него инвалидность, однако государство не признает, что его проблемы со здоровьем как-то связаны с Чернобылем. Что бы вы могли посоветовать в такой ситуации?”

Наталья Иванова, Свердловская область

– Назначение инвалидности и определение ее причин – это компетенция бюро медико-социальной экспертизы. Но вы можете сделать так, чтобы этой проблемой занялись и специалисты судебно-медицинской экспертизы.

Нужно обжаловать решение бюро МСЭ в судебном порядке. Суд должен назначить судебно-медицинскую экспертизу, поставив перед нашими специалистами задачу: выяснить – стала ли инвалидность вашего мужа следствием работы в Чернобыле. Судья, опираясь на заключения наших экспертов, сможет решить, насколько правомерны действия МСЭ.

Наказали туберкулезом?

“Мой сын отбывал наказание. Он сел в тюрьму здоровым парнем, а вернулся оттуда инвалидом с туберкулезом. Я хочу подать в суд на исправительное учреждение”.

Елена Михайловна,

Калуга

– Это ваше законное право. Хотя вряд ли учреждение признают виновным в том, что ваш сын во время отсидки заболел. Если бы это было намеренное заражение, но ведь обычно в тюрьме люди заболевают безо всяких умышленных действий со стороны руководства исправительного учреждения. С этим ничего не поделаешь.

Эксперты не правы

“Моя дочь получила травму глаза. Образовалась катаракта, был поврежден кристаллик. В результате глаз полностью перестал видеть. Однако эксперты до сих пор не могут определить, тяжкое это повреждение или средней тяжести”.

Лариса Алексеевна, Смоленская область

– Как по старым правилам, так и по новым, которые вступят в силу в сентябре, этот случай должен трактоваться однозначно. Трудоспособность утрачена примерно на 35 процентов, орган потерял свою функцию. Эти признаки ясно говорят о том, что слепоту на один глаз следует считать тяжким вредом.

Иск к предприятию

“Мой муж попал под трактор. Он был на работе, и тракторист переехал ему ногу, был зафиксирован перелом костей. Его сразу же на автобусе привезли в больницу. Туда же приехал директор. Он уговорил мужа, чтобы тот написал заявление, что травма была получена в быту. Я пошла в местную инспекцию Федеральной службы по труду и занятости, от них к прокурору.

Только через 21 день мужу написали акт о несчастном случае. Сначала врачи определили травму, как легкую, затем средней тяжести. Инвалидность ему не дали, а дали 3 тысячи рублей. Между тем на икре у него образовалась большая гематома, нога гноилась. Он сейчас очень плохо ходит. С работы уволили. Затем отправили на медико-социальную экспертизу.

Я обращалась в милицию, но там сказали, что нет состава преступления. Что нам делать?”

Афанасьева,

Белгородская область

– Судя по вашему рассказу, руководство предприятия пыталось скрыть факт получения травмы на производстве. Попробуйте обратиться в суд с иском к предприятию. Потребуйте выплаты компенсации.

И поставьте вопрос об определении степени тяжести вреда нанесенного здоровью. Затем поезжайте в бюро судебно-медицинской экспертизы Белгородской области. Скажите, что общались на “Горячей линии” со мной, и расскажите им о вашей проблеме.

Вас проконсультируют, а затем начальник мне все доложит.

С диагнозом не согласна!

“Меня уволили с работы, при этом поставив диагноз, связанный с психическим заболеванием. Я с ним не согласна. Как мне поступить?”

Надежда Козина,

Чебоксары

– Вопрос трудный, не знаю что посоветовать. Он выходит за рамки судебно-медицинской экспертизы. У вас заболевание, которое было установлено специалистами. Если вы не согласны с поставленным диагнозом, обратитесь в Центр судебной психиатрии имени Сербского. Напишите письмо, приложите все документы, попроситесь на обследование, и приедете в Москву на очную экспертизу.

Травма на рынке

“Моей бабушке 84 года. Ее сбила с ног женщина на рынке. В результате бабушка получила закрытый перелом шейки левого бедра со смещением. Она месяц лежала в больнице и теперь с трудом передвигается по квартире”.

Наталья, Москва

– Дело в том, что правила, которое приняло правительство РФ вступают в действие только с 1 сентября. Если бы ваша бабушка получила травму после этой даты, можно было бы определить причиненный вред ее здоровью как тяжкий. А по действующим пока правилам ей можно определить только средней тяжести вред здоровью.

“Химия” осложнила жизнь…

“После курса химиотерапии у супруга онемела нога. Он ходит на костылях. При этом ему дали только рабочую группу инвалидности. Никто не хочет брать его на работу, а денег на покупку лекарств у нас нет. Как нам получить первую группу инвалидности?”

Валентина Николаевна, Бердянск

– К сожалению, химиотерапия может привести к таким осложнениям. Здесь нет умышленного причинения вреда здоровью, то есть, этот вопрос не к нам.

Вам нужно обратиться в медико-социальную экспертизу при онкологическом диспансере. Если вам там отказывают, идите наверх в Федеральное государственное учреждение медико-социальной экспертизы. Это – единственный путь.

Российский центр судебно-медицинской экспертизы

Адрес: ул. Поликарпова, д. 12/13, г. Москва, 125284

Телефон/факс:

+7 (495) 9450097;

+7 (495) 9452169.

Источник: //rg.ru/2007/08/31/klevno.html

Судмедэксперт: Неизвестно, проснёмся ли мы завтра

Правомерны ли действия судмедэксперта в данной ситуации?

Правда ли, что судмедэксперт постоянно работает в морге с трупами и вскрывает их? Представители этой специфической профессии – циники? Есть ли разница между судмедэкспертом и патологоанатомом? В морге очереди на вскрытие? В интервью РИА VladNews начальник ГБУЗ «Приморское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы», кандидат медицинских наук, главный судебный медицинский эксперт Министерства здравоохранения Российской Федерации по Дальневосточному федеральному округу Александра Голубева отвечает на эти и другие вопросы.

– Александра Владимировна, сколько лет вы работаете судмедэкспертом?

– Я пришла работать в бюро судебно-медицинской экспертизы в 1991 году. За это время я родила двоих детей.

Поработала в морге, потом перешла работать в организационно-методический отдел, параллельно работала в отделении экспертизы потерпевших, обвиняемых и других лиц и выезжала на места происшествий, а потом была назначена руководителем учреждения.

Но работая руководителем, всё равно стараюсь брать хотя бы одно дежурство в месяц, чтобы выезжать на места происшествий. Не то чтобы меня это сильно влечёт, но мне хочется работать и как эксперт.

– Почему именно эта профессия?

– Сложно сказать. Когда я училась в медицинском институте, наш ректор – Юрий Валентинович Каминский, был патологоанатомом. И через пять лет обучения я подспудно поняла, что хочу уйти работать в морг. На шестом курсе у нас была субординатура, в которую я и поступила.

Во время обучения нас научили самостоятельно исследовать трупы, делать микроскопические исследования.

По окончанию медицинского института я поступила в интернатуру по судебно-медицинской экспертизе, и практически через полгода мне стали доверять исследования трупов с ненасильственной смертью.

– Расскажите подробнее, что это за профессия – судебный медицинский эксперт, чем он занимается?

– Обыватели представляют нашу специальность немного неправильно, все думают, что это морг и трупы. Однако на исследование трупов приходится около 30-40% всей нашей работы. Треть работы приходится на обследование потерпевших, обвиняемых и других лиц.

То есть к нам приходят люди, которые попали в трудную ситуацию: их избили, изнасиловали, они подозреваются в совершении какого-то преступления. Таких людей направляют к нам, чтобы зафиксировать повреждения и определить степень вреда причинённого здоровью.

Основная работа судебного медицинского эксперта направлена на то, чтобы виновные были наказаны, а невиновные были оправданы.

Не важно, в каком подразделении ты работаешь, от работы сотрудников всех экспертных подразделений зависит, восторжествует ли Закон.

Практически все дела – уголовные, гражданские, административные, где речь идёт о жизни и здоровье гражданина, не обходятся без судебной медицинской экспертизы.

– С чем работают судмедэксперты?

– В судебной медицинской экспертизе всего четыре объекта: трупы, живые люди, материалы дел и вещественные доказательства. Вещественное доказательство – это предмет или объект, который сохранил на себе следы преступления, или он был применён с целью совершения преступления.

Например, нож, у которого есть определённые характеристики, как со следами крови, так и без таких следов. Соотнеся характеристика ножа с повреждениями на трупе, на одежде или живом человеке, эксперты могут с разной долей вероятности определить, этим ли ножом причинены раны.

Зачастую мы работаем в условиях, когда никакой предварительной информации нет.

За редким исключением, когда нам приносят постановления от следователя, где есть хоть какая-то информация об обстоятельствах произошедшего, но чаще всего мы ничего не знаем, как порой и следователь.

Просто на улице или в другом месте обнаружен труп человека, и никакой информации нет. Поэтому эксперт, идя на вскрытие, должен быть готов ко всему.

– Например?

– Судебный эксперт должен быть готов как к исследованию трупов с насильственными причинами смерти, так и с ненасильственными. Ненасильственная смерть – это смерть от заболевания или внезапная, на фоне полного здоровья, а также от старости.

Человек может даже не знать о своей болезни, например, о мальформации (патологическом изменении) сосудов головного мозга. Но эта мальформация в какой-то момент может разорваться и осложниться кровоизлиянием в ткань головного мозга. В каком возрасте это произойдёт – никто не знает.

Человек может прожить с мальформацией всю жизнь, и она будет лишь находкой на вскрытии, в то время как человек умер совсем от другой причины.

Судебно-медицинскому исследованию в обязательном порядке подвергаются все трупы лиц, погибших от насильственных причин, независимо от того, где наступила смерть – в больнице, на улице, дома; а также гнилостно-изменённые, скелетированные, расчленённые трупы, трупы неопознанных граждан.

– Когда вы рассказываете про вашу работу, становится немного не по себе… Вы привыкли?

– Привыкнуть к запахам и виду изуродованного тела невозможно, но ты всё равно ставишь какой-то барьер. Потому что, если каждый случай, особенно в судебной экспертизе, будешь пропускать через себя, то, наверное, понадобится помощь психиатра. Это действительно тяжело. Очень тяжело исследовать трупы детей, особенно, когда ты понимаешь, что смерть этого ребёнка наступила по недосмотру взрослых.

– Говорят, у вас постоянно очереди на вскрытие. Так ли это?

– Никаких очередей на вскрытие нет. Ко мне постоянно обращаются близкие умерших, трупы которых находятся в нашем морге, и просят ускорить вскрытие. Однако зачастую этот труп уже вскрыт, а некоторые сотрудники ритуальных компаний, дабы заработать денег на горе родственников, говорят, что у нас очередь на вскрытие от одной до двух недель.

Это ложь! Мы стараемся как можно быстрее всё сделать и оформить медицинские свидетельства о смерти, которые, как правило, получают представители ритуальных компаний по доверенности от родственников умерших. Затем смерть регистрируется в ЗАГСе, и потом уже можно захоранивать труп.

Именно поэтому, я рекомендую всем, кто столкнулся с ситуацией, когда представители ритуальных компаний предлагают доплатить за «ускорение вскрытия», связываться с заведующим отделения экспертизы трупов и напрямую решать вопрос, естественно безо всякой оплаты.

Все исследования трупов в нашем учреждении производятся на основании направительного документа от правоохранительных органов на бюджетной основе.

Ритуальные компании, являясь посредниками между родственниками или близкими умершего и бюро судебно-медицинской экспертизы или патологоанатомической службой, берут деньги за услуги морга, причём намного больше, чем это стоит по прейскуранту в бюро.

При этом никаких услуг морга ритуальные компании не оказывают, всё делают наши санитары, иногда и врачи. Гражданину, взявшему на себя обязанность по захоронению своего близкого человека, проще приехать самому к нам в бюро и оплатить наши услуги в полтора-два раза дешевле.

Медицинское свидетельство о смерти также оформляется абсолютно бесплатно, в ЗАГСе регистрируется тоже бесплатно.

Вывоз трупа с места его обнаружения, в случае необходимости судебно-медицинского исследования должно осуществляться бесплатно для граждан, так как эти расходы по транспортировке трупа с направительным документом от правоохранительных органов, ритуальным компаниям возмещаются из средств муниципального бюджета. Однако представители ритуальных компаний берут за это приличную сумму.

– Какими качествами должен обладать человек вашей профессии?

– Судебная медицина – это мультидисциплинарная наука.

Судмедэксперт должен иметь очень большой объём знаний в разных областях, как медицинской науки, так и в области биологии, химии, генетики, криминалистики, физики и так далее.

Поэтому эксперт должен постоянно учиться! Наш главный инструмент – наш мозг и знания, способность мыслить, анализировать, синтезировать огромный объём информации и данных.

Ещё нужно обладать стрессоустойчивостью, потому что мы общаемся с людьми, которые попали в трудную жизненную ситуацию. Людям важно знать, почему умер их близкий человек, чтобы перестать себя казнить.

Недавно ко мне приходили родители маленького ребёнка, который погиб от мальформации сосудов головного мозга. Ничего не предвещало беды, но ребёнок очень быстро погиб, и медицина, в данном случае, была бессильна.

Родители ребёнка корили себя, что они чего-то не сделали…

– Получается, судмедэксперт выступает и в роли психолога?

– Иногда да. Человеку важно поговорить с судмедэкспертом, который исследовал труп его родственника, или с заведующим отделением.

– А вы сами посещаете психолога?

– Я нет, но, наверное, уже нужно посещать, потому что, как и в любой медицинской профессии, в какой-то момент наступает профессиональное выгорание.

– Как вы относитесь к своей работе?

– Я люблю свою работу. Она интересная, потому что каждая экспертиза – это загадка, которую ты не просто должен разгадать, а ещё ты можешь спасти кого-то от незаконного осуждения или, наоборот, помочь следствию в доказывании вины человека.

– Судмедэксперты – циники?

– Не скажу, что циники. Я бы, наверное, не смогла работать анестезиологом-реаниматологом или врачом скорой помощи, это очень тяжёлая работа. Для меня видеть процесс умирания намного тяжелее, нежели видеть уже совершившийся факт.

– Какие плюсы и минусы есть у вашей работы?

– Сложно сказать. Конечно, работа тяжёлая и физически, и психоэмоционально. Она вредная, так как происходит постоянный контакт с биологическими факторами, которые ты не можешь предусмотреть.

Мы работаем вслепую и никогда не знаем, какой труп нам привезут, и будет ли там бацилла туберкулёза, вирус СПИДа или что-то ещё… Наши лабораторные подразделения работают с агрессивными химическими веществами, органическими растворителями и так далее.

Нам приходится ежедневно общаться с людьми, у которых горе. А ещё, как это ни грустно, судебных медиков сегодня, как и всех врачей, не принято уважать, как раньше.

Плюсы – это хороший социальный пакет: ранняя пенсия, так как год считается за полтора; короткий рабочий день – шесть часов; зарплата; длительный оплачиваемый отпуск – 50 календарных дней. Ещё можно из плюсов назвать моральное удовлетворение, когда ты хорошо сделал экспертизу, и она кому-то помогла. А ещё – у нас замечательный коллектив!

– Случались ли с вами необычные или странные истории на работе?

– Со мной нет. Но есть история, которая переходит из уст в уста. Наш преподаватель, когда я училась в субординатуре, рассказывал случай, который произошёл с ним. Он тогда был молодым патологоанатом, работал в первой городской больнице.

В тот день он уже исследовал один труп, и ему позвонили из реанимации и попросили задержаться на работе, так как у них умер пациент. А так как впереди предстояли длительные праздники, то родственники просили не затягивать со вскрытием. Привезли ему труп.

Он начинает делать срединный разрез, и тут начинается «кровотечение», чего у трупа быть не должно. У паталогоанатома нож выпал, руки затряслись. Первая мысль: человек живой. Но, он не растерялся, взял лапчатый пинцет и проверил признак Белоглазова, так называемый симптом кошачьего глаза.

Оказалось, что всё-таки это труп, но продолжать исследование в этот день он уже не смог. А мне однажды пришлось исследовать труп, температура которого ещё не сравнялась с температурой окружающей среды. Для меня это было испытанием.

– Как реагируют люди, когда узнают, что вы – судмедэксперт?

– Обычно их это не удивляет, хотя, когда я только начинала работать, следователи спрашивали, почему такая молодая и красивая девушка работает судмедэкспертом.  

– Учит ли ваша работа больше ценить жизнь или смотреть на неё под другим углом?

– Конечно. Я в какой-то период времени стала философски ко всему относиться. Я стала фаталисткой: чему быть, того не миновать. Ты начинаешь ценить каждый день. Недавно прочитала старый анекдот: «Мы все оптимисты, потому что, ложась спать, заводим будильник». Но ведь неизвестно, проснёмся ли мы завтра.

Поэтому надо жить здесь и сейчас, нужно радоваться жизни и ничего не откладывать на потом. Хочется заняться йогой – займись! Я даю эти советы своим близким, но не всегда сама их выполняю. Иногда бывает, что ждёшь отпуска, а по дороге попадаешь в ДТП, и всё – планы изменились мгновенно.

Нужно ценить жизнь и самое главное – нужно ценить живое человеческое общение. Не надо заменять его даже телефонными разговорами! Но сегодня все, особенно молодёжь, в гаджетах, в переписке. Даже я себя ловлю иногда на том, что мне проще написать, нежели позвонить.

Но нужно встречаться с близкими, чаще общаться со своими старшими родственниками. И, поработав в морге, начинаешь понимать, что к родителям нужно заезжать почаще, просто чтобы обнять их и поцеловать. Потому что потом, в одночасье всё происходит, и ты начинаешь себя винить за то, что что-то не сказал или не сделал.

Поэтому обнимайтесь, целуйтесь с близкими вам людьми, и не общайтесь вовсе с теми, кто вам неприятен.

Дарья Наумец

Источник: //primorye24.ru/news/post/93723-sudmedekspert-neizvestno-prosnemsya-li-my-zavtra

Криминальный мир
Добавить комментарий