Может ли быть такое, что после приговора о лишении свободы не взяли под стражу?

В крыму 89 человек лишены свободы по политическим или религиозным причинам | «объектив»

Может ли быть такое, что после приговора о лишении свободы не взяли под стражу?

Крымская правозащитная группа провела мониторинг ситуации с правами людей в Крыму. По данным КПГ, по состоянию на конец декабря 2019 года, минимум 89 человек лишены свободы в рамках политического криминального преследования или преследования по религиозным мотивам. 

29 декабря 2019 года во время обмена пленными с Россией были освобожден 81 гражданин Украины. 76 из них вернулись в Украину, пятеро остались на временно оккупированных территориях. На Донбассе, в Крыму и в России все еще остаются около трехсот пленных украинцев.

“Несмотря на все попытки украинских властей вытащить из российских застенков своих политзаключённых граждан, количество тех, кто преследуется российскими силовиками по политическим мотивам сильно не уменьшается. Особенно это касается граждан Украины, проживающих в оккупированном Крыму”, – написал у себя в  адвокат Николай Полозов.

В Крыму, по состоянию на декабрь 2019 года, 89 человек лишены свободы по политическим или религиозным мотивам. Кто эти люди и за какие поступки российские спецслужбы взяли их под арест?

Недавно задержанные

17 декабря в Симферополе сотрудники ФСБ РФ задержали местного жителя Дениса Кашука. Его подозревают в незаконном приобретении и хранении оружия. 18 декабря в его доме был обыск. Через два дня «Киевский районный суд Симферополя» назначил ему меру пресечения.

Его взяли под стражу на два месяца – до 18 февраля 2020 года. Заседание суда состоялось в закрытом режиме. Основанием стало ходатайства самого Дениса. Его адвокат сообщил, что задержанный свою вину признал.

Однако родственники уверены, что такие показания является результатом пыток или психологического давления.

“Дело крымских мусульман”

По “делу о крымских мусульманах” проходят крымские татары, которых обвиняют в участии в запрещенной организации “Хизб ут-Тахрир аль-Ислами” (Партия исламского освобождения). Это международная религиозно-политическая организация, созданная в 1953 году в Иерусалиме. В России ее деятельность была запрещена в 2003 году Верховным судом.

Первое задержание по этому дело произошло в 2016 году. Тогда задержали четверых крымских татар. За последние три года ФСБ объявила о ликвидации пяти ячеек “Хизб ут-Тахрир” в Крыму: двух в Бахчисарае и по одной в Симферополе, Севастополе и Ялте.

В декабре 2019 года общее количество жителей Крыма, лишенных свободы по “делу крымских мусульман”, составляет 65 человек.

Первая волна задержаний симферопольского дела “Хизб ут-Тахрир”

12 октября 2016 года прошла первая серия обысков и задержаний мусульман в Симферополе. Бойцы ОМОНа забрали пятерых жителей поселков Каменка и Строгановка и обвинили их в участии в запрещенной организации.

ФСБшники врывались в дома, валили мужчин на пол, надевали на них наручники, все это на глазах маленьких детей и жен. Спецназовцы стояли снаружи в оцеплении домой и никого не пускали. Адвокатов не пропускали к арестованы, что является нарушением прав человека.

Правоохранители обыскивали дома и забирали все электронные устройства.

Семьи всех осужденных – многодетные. На свободе у пятерых мужчин в общем осталось 17 несовершеннолетних детей.

24 декабря 2020 года фигурантам этого дела «Верховный суд Республики Крым» (далее – “ВС РК”) изменил приговор, уменьшив срок на 6 месяцев.

После изменения приговора 24 декабря Узеир Абдуллаев лишен свободы на 12 лет и 6 месяцев, Рустам Исмаилов – 13 лет и 6 месяцев, Эмиль Джемаденов – 11 лет и 6 месяцев, Айдер Салединов – 11 лет и 6 месяцев.
Теймур Абдуллаев – 16 лет и 6 месяцев колонии.

Сейтосманов Энвер Казимович крымско-татарский гражданский активист, жил в с. Тыловом Балаклавского района Севастополя. Двоюродный брат политзаключённого по севастопольскому делу “Хизб ут-Тахрир аль-Ислами” Нури Примова (осужден на 5 лет).

Сейтосманов Энвер Казимович обвиняется по ч. 2 ст. 205.5 УК РФ (“Участие в деятельности террористической организации”, до 20 лет лишения свободы). Под стражей находится с 10 мая 2018 года. 5 декабря 2019 года судебная коллегия Южного окружного суда (г. Ростов-на-Дону) осудило его до 17 лет колонии строгого режима.

Вторая волна арестов в симферопольском деле «Хизб ут-Тахрир»

27 марта 2019 года, в результате облавы ФСБ, в Крыму были задержаны 20 человек по подозрению в причастности к организации «Хизб ут-Тахрир». Также были задержаны два активиста, которые пришли поддержать соотечественников.

Одного из них арестовали на пять суток, второму присудили штраф в размере 500 рублей. 28 марта стало известно о задержании в Ростове-на-Дону еще троих крымских татар, в чьих домах на полуострове также провели обыски.

“Киевский райсуд” Симферополя арестовал всех 23 крымских татар до 15 мая 2019 года. Позже их незаконно этапировали (отправили) в Россию.

11 января “ВС РК” фигурантов в этом деле Ризу Изетова и Алима Каримова оставил под стажей до 15 февраля 2020 года.

Риза Изетова

Крым.Реалии

16 декабря под стражей до 15 февраля 2020 года оставили задержанного имам (духовный глава у мусульман) Биляля Адилова. 59-летний Адилов, находясь в непригодных для нахождения условиях СИЗО №1 Ростова-на-Дону, объявил сухую голодовку.

Через неделю он ее закончил. Для привлечения внимания к его проблеме со стороны сотрудников СИЗО Билял Адилов оборвал в камере провода. «Его перевели, конечно.

Только в ШИЗО (штрафной изолятор временного содержания) на пятнадцать суток», – говорит его адвокат.

19 декабря “ВС РК” оставил в силе решение оставить под стражей  арестованных тогда же Рустема Шейхалиева, Тофика Абдулгазиева, Осман Арифмеметова и Сеитвели Сейтабдиева.

 В слушаниях не участвовали Осман Арифмеметов и Тофик Абдулгазиев, потому что их поместили в психоневрологический диспансер на принудительную психиатрическую экспертизу.

Рустам Шейхалилов и Сеитвелы Сейтабдиев участвовали в слушании через видеосвязь.

16 декабря  “ВС РК” вынес решение оставить под стражей до 15 февраля 2020 года Раима Айвазова.

Житель микрорайона Каменка, крымско-татарский активист Раим Айвазов пропал ночью 17 апреля 2019 года при пересечении административной границы с материковой Украиной.

Позже он вышел на связь с родными и сообщил, что его обвинили в участие в деятельности организации, которая признана террористической и включили в состав «второго симферопольского дела Хизб ут-Тахрир».

Он заявил, что при пересечении адмиграницы, российские силовики вывезли его ночью «в поля» и «имитировали расстрел». По данным СМИ, Раим Айвазов занимался збором передач в Ростов-на-Дону арестованным в Крыму крымско-татарским активистам. Правозащитный центр «Мемориал» признал Айвазова политзаключенным.

27 декабря в Южном окружном военном суде продлили сроки содержания под стражей фигурантам Красногвардейского «дела Хизб ут-Тахрир», Ескендеру Абдулганиеву, Арсену Абхаирову и Рустему Емирусеинову до 13 июня 2020 года. Адвокат Семедляев сообщил, что они принимали участие в конференции через видеосвязь из СИЗО Симферополя.

«Дело украинских диверсантов»

На конец декабря в заключении находится 11 человек, которых ФСБ РФ при задержании обвинила “в подготовке диверсий и шпионаже”. В этих делах зафиксированы незаконные методы ведения следствия и применения пыток для получения признаний, нарушение презумпции невиновности и распространение ФСБ РФ через российские СМИ «видео
признаний».

16 декабря 2020 года «Ялтинский городской суд» начал повторное рассмотрение уголовного дела в отношении жителя Ялты Юнуса Машарипова, потому что кассационная инстанция «ВС РК» удовлетворила жалобу на его приговор.

Юнуса Машарипова российская ФСБ обвиняет в незаконном изготовлении и хранении взрывчатых веществ. С 2014 года мужчина занимался правозащитной деятельностью, сообщая организациям о нарушениях прав детей и пенсионеров.

Крымчанина задержали в сентябре 2017 года. Он заявил, что сотрудники ФСБ РФ били его и пытали электрическими разрядами. Пытки привели к тому, что он был вынужден оклеветать себя.

Подконтрольный России Ялтинский горсуд приговорил Машарипова к 4 годам колонии и штрафу в 110 000 рублей (около 41 тыс. гривен). Кассационная инстанция российского Верховного суда Крыма удовлетворила жалобу Машарипова. Правозащитный центр «Мемориал» признал политзаключенным.

В начале декабря Владимир Дудка и Алексей Бессарабов, осужденные по “делу украинских диверсантов”, были этапированы (отправлены) в Пятигорск (РФ). В дальнейшем они будут этапированы в колонии Ставропольского края для отбывания незаконного наказания.

9 ноября 2016 года в Севастополе и сотрудников крымского аналитического центра «Номос»​ задерэали Дмитрия Штыбликоваи Алексея Бессарабова, а также их близкого друга Владимира Дудку.

Всех троих обвинили в подготовке диверсий в Крыму по заказу украинской разведки. В апреле 2019 года подконтрольный России Севастопольский горсуд приговорил Дудку и Бессарабова к 14 годам тюрьмы.

Суд также назначил каждому штраф: Дудке – в размере 350 тысяч рублей, а Бессарабову – в размере 300 тысяч рублей.

Власти Украины отрицают российские обвинения в адрес украинцев и называют их провокацией российских спецслужб.

Преследования по обвинению в участии в батальоне имени Н. Челебиджихан

Батальон имени Номана Челебиджихана — неправительственное добровольческое вооружённое формирование, принимающее участие в блокаде Крыма. Также принимало участие в войне на востоке Украины на стороне украинских силовиков в качестве диверсионно-разведывательных групп. Состоит преимущественно из татарских националистов и радикальных исламистов из Крыма.

Назван в честь первого председателя правительства Крымской Народной Республики, образованной в годы Гражданской войны в России Номана Челебиджихана.

На конец декабря по обвинению в участии в батальоне лишены свободы как минимум 4 человека. Формальным основанием преследования обвиняемых в Крыму по ч. 2 ст.

208 УК РФ (организация незаконного вооруженного формирования или участие в нем) является то, что они не появились добровольно к силовым структурам РФ и не заявили о своем участии в «Крымскотатарском добровольческом батальоне имени Номана Челебиджихан».

Заявленным следствием доказательством деятельности батальона против интересов РФ есть информация в СМИ о том,
что целью создания батальона была деоккупация Крыму.

Дело Олега Приходько

6 декабря 2019 года “Киевский районный суд Симферополя” продолжил срок содержания под стражей украинского активиста Олега Приходько до 10 февраля 2020 года.

Ходатайствовал о продлении следователь ФСБ РФ. 25 декабря 2019 года “ВС РК” оставил в силе это решение.

Служба по финансовому мониторингу РФ добавила Олега Приходько в список «лиц, причастных к экстремистской деятельности или терроризму».

Дело активиста находится на стадии досудебного расследования, однако нарушая презумпцию невиновности, он уже занесен в этот список.

Крымскому кузнецу, проукраинскому активисту Олегу Приходько, арестованному по обвинению в терроризме, 61 год. Сотрудники ФСБ задержали Олега Приходько в начале октября 2019 года. Они назвали активиста «приверженцем нацистской идеологии» и «членом украинских экстремистских организаций».

Его обвинили в изготовлении взрывчатки и подготовке теракта в Саках. В его гараже в Саках во время обыска силовики нашли взрывчатку. Сам активист живет в селе Орехово Сакского района и утверждает, что эту взрывчатку ему подбросили, поскольку он «давно не пользуется этим гаражом».

После задержания у Олега Приходько в крымском главке ФСБ России отобрали образцы ДНК, что его защита называет незаконным. Следствие утверждает, что мужчина готовил подрыв здания администрации Сак «с целью повлиять на органы местной власти, чтобы они приняли решение о вхождении Крыма в состав Украины».

Олег Приходько обвинения отрицает и называет это уголовное дело «венцом его преследований за проукраинскую позицию». Активист придерживается проукраинских взглядов и не скрывает их.

Дело Ивана Яцкина

24 декабря российское информационное агентство ТАСС сообщило, что 11 декабря Лефортовский районный суд Москвы (РФ) продлил срок содержания под стражей жителю Крыма Ивану Яцкину до 16 марта 2020 года. По заявлению ТАСС, Яцкина обвиняют по ст. 275 УК РФ (государственная измена). Его задержали в Симферополе и в декабре этапировали в Москву в СИЗО «Лефортово».

О том, что в отношении Ивана Яцкина возбуждено дело и что он задержан никому не было известно, т.к. ФСБ осуществляло спецоперацию по его задержанию в режиме строгой секретности. Только спустя более чем два месяца российские СМИ заявили, что он арестован. Все это время он находился без какой либо помощи и поддержки, в одиночке каменного мешка Лефортово.

По информации КПГ, Иван Яцкин – гражданин Украины, который жил в Симферополе и имел активную проукраинскую позицию. УК РФ распространяется только на граждан РФ, то есть гражданин Украины не может быть по ним осужден.

Тем не менее, жителей Крыма, которые являются гражданами Украины, судят по УК РФ.

Это является одним из последствий нарушения норм международного гуманитарного права в форме «автоматического» (навязанного) гражданства РФ жителям Крыма.

Ивана обвиняют в государственной измене в форме шпионажа. По версии следователей ФСБ он собирал в Крыму и передавал властям Украины сведения, составляющие государственную тайну РФ. По этому обвинению ему грозит до 20 лет лишения свободы.

Иван Яцкин многодетный отец и в ближайшие несколько недель его супруга должна родить ещё одного ребёнка. Также Иван страдает рядом заболеваний, которые требуют оказания ему медицинской помощи. Адвокаты заключенных столкнулись с тем, что в условиях российских СИЗО получить медпомощь бывает сложно.

(На фотографии Иван Яцкин справа)

Крымская правозащитная группа (организация крымских правозащитников и журналистов, которые следят за соблюдением и защитой прав человека в Крыму), издание Крым.Реалии, страница адвоката Николая Полозова.

София Красникова

Источник: https://www.objectiv.tv/important/2020/01/25/v-krymu-89-chelovek-lisheny-svobody-po-politicheskim-ili-religioznym-prichinam/

«Взять под стражу в зале суда»

Может ли быть такое, что после приговора о лишении свободы не взяли под стражу?

№34 (1110) 5 сентября 2017г. Общество

07.09.2017, Виктор Федорович

К низовому коррупционному звену Ошмянской таможни суд подошёл по-божески – максимальный срок наказания составил 6 лет лишения свободы с конфискацией имущества

   tut.by

29 августа судом Фрунзенского района Минска постановлен приговор по уголовному делу по обвинению 11 бывших сотрудников таможенного пункта пропуска «Каменный Лог» Ошмянской таможни в совершении ряда коррупционных преступлений.

Все они обвинялись по ч.3 ст.430 УК (получение взятки организованной группой в особо крупном размере). Санкция этой статьи предусматривает наказание от 5 до 15 лет лишения свободы с конфискацией имущества.

Суд определил меру наказания ближе к минимальной.

Если 8 августа Минский областной суд вынес обвинительный приговор в отношении руководящего состава таможенников – от начальников отделов до замначальника Ошмянской таможни (см. «БелГазету» N31 от 15 августа), то в суде Фрунзенского района ответ держали рядовые инспекторы таможни. Правда, фабула уголовного дела на всех одна и в общих чертах звучит она так.

В 2010г. на западной таможенной границе Беларуси образовалась преступная группа, участниками которой стали действующие и бывшие сотрудники таможенных органов, служившие в разное время в Ошмянской таможне и пункте пропуска «Каменный Лог».

В интересах представителей литовского и российского бизнеса за взятки в нарушение таможенного законодательства организованная преступная группа (ОПГ) осуществляла беспрепятственный пропуск крупных партий товаров через госграницу РБ. Грузы шли транзитом из ЕС в Россию и Казахстан.

По выводам стороны обвинения, взятки платили и брали за беспрепятственное оформление грузов со свежими цветами и растениями в горшках на протяжении 2010-15гг. За каждую машину со срезанными цветами платили от $100 до $250, за продукцию в горшках – от $50 до $100, с деревьями – около $80.

Всего таким образом транзитом через Беларусь обвиняемые беспрепятственно пропустили свыше 4,4 тыс. партий цветочной и другой продукции. Общая сумма взяток на всех составила не менее $876,7 тыс. и 19,2 тыс. евро.

В коррупционной цепочке первыми взятки получали начальники отделов пункта пропуска «Каменный Лог». Затем свою долю получали их заместители и подчиненные им инспекторы, оформлявшие тот или иной автомобиль. Так что в данном случае все 11 обвиняемых в суде Фрунзенского района представляли собой часть низового коррупционного звена.

Процесс начался 1 ноября 2016 г. Семеро из обвиняемых находились под стражей, остальным была избрана мера пресечения в виде домашнего ареста, сразу после оглашения их взяли под стражу. К такому повороту они были готовы – пришли в суд с большими сумками. Возраст фигурантов – от 32 до 57 лет, у всех высшее образование, в приговоре отмечено, что они «временно не работающие».

Всех суд постановил «признать виновными в принятии должностными лицами для себя материальных ценностей, предоставляемых исключительно в связи с занимаемым ими должностным положением, за выполнение и невыполнение в интересах дающих взятку действий, которые должностные лица могли совершить с использованием своих служебных полномочий, за благоприятное решение вопросов, входящих в их компетенцию, организованной группой».

Пятерым бывшим таможенникам судом определено наказание в виде 5 лет лишения свободы, один получил 5,5 лет, остальная «пятерка» приговорена к 6 годам заключения.

Все на 5 лет лишены права занимать должности, связанные с выполнением организационно-распорядительных обязанностей и функций представителя власти, также обвиняемых лишили специального звания «инспектор таможенной службы».

Отбывать наказание они будут в колонии усиленного режима.

Суд в полном объеме удовлетворил заявленные к обвиняемым гражданские иски Генпрокуратуры в интересах государства о взыскании с обвиняемых дохода, полученного преступным путем.

Суммы исков составили от $2 тыс. до $12 тыс. В данном случае это деньги, которые таможенники получили взятками.

Восемь обвиняемых полностью вернули, что взяли, в ходе предварительного расследования, следствия и судебного разбирательства.

В доход государства также будет обращено и их имущество. Конфискации подлежат: автомобили Honda CR-V, Citroen, Audi A4, автомобильный прицеп, мопед, несколько охотничьих ружей, гараж, две квартиры площадью 39 и 40 кв.м, дом площадью 240 кв.м с земельным участком и прочее имущество, может быть, даже нажитое честным трудом.

Приговор в законную силу не вступил и может быть обжалован и опротестован в установленном законом порядке.

Справка «БелГазеты». Всего по «делу ошмянских таможенников» обвиняемыми проходят 58 человек.

5 сентября в суде Партизанского района будут оглашены приговоры в отношении еще 11 фигурантов, 11 сентября в отношении еще 7 человек будет озвучен приговор в суде Заводского района. Для них прокуроры попросили сроки от 5 до 11,5 лет.

На минувшей неделе начались прения сторон в суде Октябрьского района, где рассматривается дело по обвинению 13 бывших таможенников.

Источник: https://www.belgazeta.by/ru/1112/society/35462/

под стражей не должно превращаться в прелюдию к лишению свободы – ВСС

Может ли быть такое, что после приговора о лишении свободы не взяли под стражу?

под стражей не должно превращаться в своеобразную прелюдию к преждевременному отбыванию лицом возможного наказания в виде лишения свободы

«ЗиБ» продолжает публиковать проведенное Высшим специализированным судом по рассмотрению гражданских и уголовных дел обобщение практики применения судами общей юрисдикции первой и апелляционной инстанций при осуществлении правосудия в уголовных делах стст.

3, 5, 6 Конвенции о защите прав человека и основополагающих свобод 1950 г. в 2011 г. — I полугодии 2012-го.

В предложенной части документа речь пойдет о практике рассмотрения судами представлений органов досудебного следствия относительно назначения или продления сроков содержания под стражей.

Кроме того, приведены национальная судебная практика соблюдения и применения судами первой и апелляционной инстанций требований п.1 ст.5 конвенции и краткий обзор решений ЕСПЧ, в которых установлено нарушение требований относительно чрезмерной длительности содержания заявителя под стражей.

По шаблону

В гл.13 УПК 1960 г. определены меры процессуального принуждения, которые применяются к подозреваемому, обвиняемому, подсудимому и осужденному с целью обеспечения его надлежащего процессуального поведения, а также детально регламентирован порядок их применения.

Согласно содержанию положений уголовно-процессуального закона взятие под стражу является наиболее суровой мерой пресечения, предусмотренной ст.149 УПК 1960 г. В соответствии с ч.2 ст.148 УПК 1960 г.

Такая мера пресечения может быть применена к подозреваемому, обвиняемому или подсудимому, если есть достаточно оснований считать, что лицо будет пытаться уклониться от следствия и суда или от исполнения процессуальных решений, препятствовать установлению истины в деле или продолжать преступную деятельность.

При решении вопроса о применении меры пресечения, кроме обстоятельств, указанных выше, учитываются тяжесть преступления, в совершении которого подозревается, обвиняется лицо, его возраст, состояние здоровья, семейное и материальное положение, вид деятельности, место жительства и другие обстоятельства, характеризующие его (ст.150 УПК 1960 г.).

Взятие под стражу, в том числе и на стадиях дознания и досудебного следствия, применяется к подозреваемым, обвиняемым или подсудимым по делам о преступлениях, за которые законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше 3 лет (ч.1 ст.155 УПК 1960 г.

), и, как указано в п.3 постановления Пленума Верховного Суда от 25.04.

2003 №4, если есть достаточно оснований считать, что это лицо может уклониться от следствия и суда или исполнения процессуальных решений, препятствовать установлению истины в деле или продолжать преступную деятельность.

В случае, если лицо подозревается или обвиняется в совершении преступления, за которое законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок не более 3 лет, взятие под стражу допускается лишь в исключительных случаях (ч.1 ст.155 УПК 1960 г.).

Таковыми являются случаи, когда на основании имеющихся в деле фактических данных с определенной достоверностью можно утверждать, что другие меры пресечения не обеспечат надлежащее поведение подозреваемого, обвиняемого.

Например, если лицо не имеет постоянного места жительства, злоупотребляет спиртными напитками или употребляет наркотические средства, продолжает совершать преступления, поддерживает социальные связи негативного характера, нарушило условия меры пресечения, не связанной с лишением свободы, ранее уклонялось от следствия, суда или исполнения судебных решений или же если личность подозреваемого вообще не установлена. Исключительность этого случая должна быть обоснована в представлении об избрании меры пресечения и в постановлении судьи (п.3 постановления Пленума Верховного Суда от 25.04.2003 №4).

Согласно содержанию направленных судами материалов, представления органов досудебного следствия и прокуроров имеют определенные недостатки. Чаще всего имеют место такие из них: подготовка представлений по шаблону, недостаточное их мотивирование и обос­нованность.

Также в представлениях по большей части обращается внимание на тяжесть преступления и риск того, что лицо, его совершившее, может уклоняться от следствия и суда, препятствовать установлению истины в деле или продолжать преступную деятельность. При этом в подтверждение указанного соответствующие доводы и доказательства не приводятся.

В представлениях следственных органов не полностью указываются сведения о возрасте, состоянии здоровья, семейном и материальном положении, виде деятельности, месте жительства и другие обстоятельства, характеризующие лицо.

После отказов судов первой инстанции в удовлетворении таких представлений прокуроры обращаются с апелляциями, тем самым нарушают как нормы национального законодательства, так и требования конвенции.

Поверхностное изучение

При проведении обобщения также установлено, что, рассматривая представления об избрании меры пресечения в виде взятия под стражу, некоторые суды допускали нарушение требований стст.148, 150, 155, 1651 УПК 1960 г. и ст.

5 конвенции, поверхностно и невнимательно изучали материалы уголовного дела, а также доводы, изложенные в представлениях органов досудебного следствия, избирали меру пресечения в виде взятия под стражу формально, ссылаясь на тяжесть преступления, при этом не полностью выясняли данные, характеризующие личность подозреваемого или обвиняемого, и другие важные обстоятельства, с которыми связано применение такой исключительной меры пресечения, надлежащим образом не мотивировали свои решения.

Источник: https://zib.com.ua/ru/pda/37726.html

Совет при Президенте Российской Федерациипо развитию гражданского общества и правам человека

Может ли быть такое, что после приговора о лишении свободы не взяли под стражу?

06 Апреля 2018

Государственные органы не хотят отказываться от помещения подсудимых в клетки и стеклянные боксы. Правозащитники считают такие ограничения унижающими человеческое достоинство и нарушением принципа равноправия. Неопределенным остается и вопрос «автоматического» ареста осужденных к реальному лишению свободы до вступления приговора в силу.

05.04.18. АПИ — В размещенных в залах судебных заседаний стальных клетках или так называемых «аквариумах» в течение всего процесса взаперти содержатся все находящиеся под стражей подсудимые.

Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) неоднократно указывал на недопустимость применения таких мер.

Действующий Уголовно-процессуальный кодекс РФ предусматривает обязательное участие обвиняемого, но не оговаривает его изоляцию.

Стеклянный стандарт

С инициативой прекратить использование таких «защитных кабинетов» выступил Совет при Президенте России по развитию гражданского общества и правам человека (СПЧ).

«Помещение подсудимых в подобные «клетки» и «аквариумы» в отсутствие соответствующей нормы закона может быть расценено как унижение человеческого достоинства и нарушение статьи 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.

Совет предлагает рассмотреть возможность дополнения УПК положением, предусматривающим возможность помещения подсудимого, в отношении которого избрана мера пресечения в виде содержания под стражей, в защитную кабину только в том случае, если он обвиняется в совершении особо тяжких насильственных преступлений», – констатирует председатель СПЧ Михаил Федотов.

Идею правозащитников поддержали представители юридической науки, в том числе глава Института государства и права РАН Александр Савенков.

В Институте законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве России также убеждены, что реализация предложения СПЧ «даст возможность осуществления дифференцированного подхода к решению данного вопроса, когда в указанные кабины во время проведения судебных заседаний будет водворяться только определенная категория подсудимых».

Сторонники отказа ссылаются на многочисленные решения ЕСПЧ, который однозначно признает практику использования боксов «саму по себе оскорблением человеческого достоинства и унижающим достоинство обращением».

В частности, помещение в металлическую клетку страсбургские служители Фемиды признали нарушением прав Бориса Ходорковского и Платона Лебедева.

Представители российских властей пытались доказать, что такие меры были единственным способом обеспечения общественного порядка в зале суда, но ЕСПЧ отклонил такие доводы: «Среднестатистический наблюдатель мог легко поверить в то, что в суде находится крайне опасный преступник.

Такое публичное разоблачение унижало его и вызывало в нем чувство неполноценности. Не было никакой реальной опасности того, что заявитель скроется от суда, где он находился под наблюдением многочисленных охранников непосредственно возле клетки и значительного числа вооруженных охранников в непосредственной близости от здания суда», – отмечается в решении Европейского суда.

В одном из последних дел в Страсбурге заместитель министра юстиции России Георгий Матюшкин даже не отрицал нарушения прав помещенного в клетку подсудимого.

В свою очередь, при рассмотрении жалобы участников так называемого «болотного дела» (задержанных на оппозиционном митинге в 2012 году) он утверждал, что в отличие от металлических клеток, стеклянные кабины по внешнему виду не могут сами по себе указывать на нарушение Конвенции.

Не вооружен, но особо опасен

В свою очередь, большинство государственных органов выступило против отказа от изоляции всех находящихся под стражей обвиняемых.

В Генеральной прокуратуре России полагают, что это необходимо делать «в целях обеспечения общественной безопасности и надлежащих условий при проведении судебного разбирательства».

Руководство Следственного комитета РФ напоминает, что российские суды не рассматривают нахождение подсудимых в специально оборудованной части зала судебных заседаний как безусловное основание для признания их прав нарушенными.

В Министерстве юстиции РФ утверждают, что ЕСПЧ «не исключает использование металлических клеток в залах судебных заседаний и допускает их применение с учетом личности заявителя и природы преступлений, в которых он обвинялся, его судимости, поведения или других данных». Кроме того, по данным Европейского суда, «специальные отделения» в зале применяются в Армении, Молдове и Финляндии, а в Испании, Италии, Франции или Германии обвиняемые во время слушаний иногда помещаются в стеклянный бокс. 

Сами служители Фемиды не возражают против изменения практики применения клеток и «аквариумов».

В Верховном суде России считают проблему технической – действующие строительные нормативы (Свод правил) проектирования и строительства зданий судов предусматривают установку в залах заседаний по уголовным делам защитных кабин, выполненных из металлических решеток или представляющих собой модульные конструкции из стального каркаса и прочного пуленепробиваемого стекла. Причем на каждого подсудимого должно приходиться не менее 1,2 кв. метров площади. «Предлагаемая законодательная инициатива может быть реализована только в случае урегулирования вопросов, связанных с обеспечением возможности оборудования в залах судебного заседания мест, предусматривающих как наличие защитных кабин, так и их отсутствие», – отмечается в ответе Верховного суда России на представление СПЧ.

Ночь после суда

Также в целях совершенствования уголовно-процессуального законодательства ЕСПЧ предложил прекратить порочную практику ареста всех приговоренных к лишению свободы. В настоящее время подсудимые, находящиеся под подпиской о невыезде, залогом или домашним арестом, в случае вынесения связанного с реальным лишением свободы приговора чаще всего берутся под стражу прямо в зале суда.

Поводом для обсуждения этой темы стало резонансное дело в отношении врача-гематолога Елены Мисюриной.

22 января 2018 года Черемушкинский районный суд Москвы приговорил ее к двум годам лишения свободы в колонии общего режима, медика немедленно взяли под стражу и поместили в следственный изолятор.

Только через две недели Московский городской суд признал применение такой меры пресечения ошибочным. 

По мнению правозащитников, подобная практика противоречит презумпции невиновности, так как после провозглашения приговор еще не вступил в силу и может быть обжалован в апелляцию.

«Таким образом, изменение меры пресечения, избранной на досудебной стадии, на более строгую в целях обеспечения не вступившего в силу приговора суда, до принятия решения по делу судом апелляционной инстанции противоречит положениям и общим принципам уголовно-процессуального законодательства.

В целях обеспечения исполнения приговора подсудимому может быть избрана мера пресечения в виде домашнего ареста, которая утрачивает силу с момента вступления приговора в силу», – убежден Михаил Федотов.

Предложения СПЧ соответствуют позиции служителей Фемиды. В частности. Конституционный суд России неоднократно указывал, что «до постановления приговора необходимость его исполнения не может служить единственным основанием избрания меры пресечения или продления ее срока».

Верховный суд России также исключает «автоматический» арест всех приговоренных к лишению свободы: «При вынесении обвинительного приговора решение относительно меры пресечения до вступления приговора в законную силу должно быть обосновано и мотивировано судом первой инстанции», – отмечается в специальном постановлении пленума высшей инстанции.

Справедливое усмотрение

Представители большинства государственных органов не усмотрели оснований для корректировки действующего законодательства, так как оно и сейчас не предусматривает обязательного изменения меры пресечения после вынесения приговора.

В частности, в деле Елены Мисюриной суд первой инстанции не мотивировал свое решение о взятии врача под стражу, апелляционная коллегия признала это ошибкой и отменила меру пресечения.

«Таким образом, оснований для корректировки установленного порядка принятия судом решения об изменении меры пресечения подсудимому в целях обеспечения не вступившего в силу приговора суда, по нашему мнению, не усматривается», – полагает заместитель председателя Следственного комитета РФ Александр Федоров.

В то же время в Генеральной прокуратуре России полагают, что назначение подсудимому наказания в виде длительного срока лишения свободы может считаться новыми обстоятельствами, позволяющими изменить меру пресечения.

«У суда могут иметься обоснованные опасения, что после вынесения подсудимому обвинительного приговора с назначением наказания в виде лишения свободы на определенный срок подсудимый может скрыться, если ранее в отношении него не была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

Не исключено возникновение и других предположений, что обвинительный приговор не будет исполнен, – полагает руководитель отдела Института законодательства и сравнительного правоведения при Правительстве России Татьяна Кошаева.

– Но даже если и будет вынесен обвинительный приговор с назначением наказания в виде лишения свободы, мера пресечения в виде заключения под стражу должна применяться в исключительных случаях».

По мнению ученых, зарубежный опыт свидетельствует об отсутствии общего запрета на изменение меры пресечения на более строгую в целях обеспечения исполнения обвинительного приговора. Решение по данному вопросу принимается с учетом обстоятельств конкретного дела.

В европейских странах обвиняемые, как правило, находятся на свободе. В Великобритании действует презумпция в пользу освобождения любого обвиняемого до суда независимо от его принадлежности к какой-либо социальной или возрастной группе, если нет разумных оснований для помещения под стражу.

В Швейцарии избрание мер, существенно ограничивающих конституционные права пресечения, относится к компетенции суда по вопросам мер принуждения. В свою очередь, в США осужденный к лишению свободы может быть заключен под стражу.

Чтобы остаться на свободе, он должен «ясно и убедительно доказать, что не скроется и не будет представлять опасности для окружающих».

Напомним, что до 2009 года под стражу чаще всего брали даже осужденных к отбыванию наказания в колониях-поселениях.

Хотя такие исправительные учреждения по существу не предусматривают изоляцию от общества – заключенные вправе свободно передвигаться по муниципальному району, пользоваться средствами связи, а с разрешения администрации – проживать с семьей в арендованном жилье.

Но в течение многих лет такие фактически ссыльные арестовывались в зале суда, до вступления приговора в силу заключались в следственные изоляторы, потом отправлялись на поселение в переполненных вагонах для спецконтингента. 

Поводом отказаться от такой абсурдной практики стала гибель врача-реаниматолога детской инфекционной больницы Владимира Пелипенко, приговоренного за профессиональную оплошность к году лишения свободы в колонии-поселении и ожидавшего отправки в краснодарском СИЗО.

Теперь такие осужденные вправе сами покупать билет и добираться до исправительного учреждения, причем расходы на проезд в установленном порядке возмещаются Федеральной службой исполнения наказания. По «этапу» в колонии-поселения отправляются ранее взятые под стражу.

Кроме того, суд вправе изменить меру пресечения, если «ссыльный» без уважительных причин уклонялся от явки или отправки.

Справка

В 2017 году российские суды вынесли обвинительные приговоры в отношении 726 тысяч человек. 209 тысяч были приговорены к реальному лишению свободы, в том числе более 20 тысяч – с отбыванием наказания в колонии-поселении, 34 тысяч – общего, почти 52 тысячи – строгого и особого режима.

В отношении двух тысяч осужденных обвинительный приговор подлежал отмене апелляционным судом.

Мера пресечения в виде заключения под стражу применялась в отношении 113 тысяч подсудимых. После провозглашения приговора с реальным лишением свободы почти 90 тысяч осужденных было взято под стражу.

Александр Федоров, заместитель председателя Следственного комитета РФ

Александр Хуруджи, правозащитник

Ольга Цейтлина, адвокат

Источник: Агентство правовой информации

Источник: http://president-sovet.ru/presscenter/publications/read/5503/

Криминальный мир
Добавить комментарий