Компенсация морального вреда с родственников обвиняемого в убийстве их дочери

Невосполнимый ущерб: сколько можно взыскать за домашнее насилие

Компенсация морального вреда с родственников обвиняемого в убийстве их дочери

Жительница Омска требует 3 млн рублей с бывшего молодого человека, который, будучи пьяным, выстрелил ей в лицо. Гражданский иск, по оценкам юристов, могут и удовлетворить — российские суды достаточно часто взыскивают крупные суммы в таких случаях.

Это касается дел, связанных с причинением тяжелого вреда здоровью. А если речь о побоях, пусть и многократных, пара десятков тысяч рублей может оказаться потолком.

Сколько можно взыскать за насилие в семье, почему важен экономический ограничитель и как высчитывают сумму ущерба, читайте в материале «Известия».

Не до наказания

В октябре прошлого года житель Омска Сергей Ковалев выстрелил в лицо своей девушке Софье Фарафоновой из охотничьего ружья. 24-летний мужчина, по данным следствия, был пьян. Софья получила тяжелые травмы — кости и верхней, и нижней челюсти были переломаны, кости черепа разошлись. И это не считая повреждения кожи губ, щеки и кончика носа.

Сейчас девушка ходит исключительно в маске. Первое время после происшествия она не могла самостоятельно дышать и есть.

По словам представителей пострадавшей, лечение продолжается и, по скромным оценкам врачей, займет еще по меньшей мере четыре года. Все операции обходятся дорого.

Ситуация осложняется тем, что из-за длительного лечения и реабилитации Софья лишилась выгодной работы — по специальности она врач-стоматолог. Она нашла место только в отдаленном селе в 400 км от Омска.

Приговор обвиняемому пока не вынесен. Обвинение просит назначить ему два года ограничения свободы — то есть меру, не связанную с колонией. Пострадавшая говорит, что ей всё равно, каким будет наказание. Но удовлетворение гражданского иска на 3 млн рублей — вопрос принципиальный.

— Мне всё равно, ограничат его в свободе или нет, главное, чтобы удовлетворили мой иск, тогда у меня появятся средства для продолжения лечения. Сейчас мне проводят операции по реконструкции лица, они бесплатные, выполняются по квоте, а дальше пойдет пластика, и вот там придется уже платить, — приводит слова Софьи Фарафоновой издание «СуперОмск».

Добиться от мужчины выплат мирным путем не получилось, хотя он утверждает, что устроился на работу и готов помогать. По словам Софьи, за всё время она получила от него 7 тыс. рублей — и то их пришлось выпрашивать.

Реальный расклад

2–3 млн рублей — не такая уж заоблачная сумма в российской судебной практике, говорит адвокат, участник проекта «Нет насилию над женщинами» и соавтор законопроекта «О профилактике семейно-бытового насилия» Алексей Паршин.

Автор цитаты

«Суды в России, как показывает практика, взыскивают за физический и моральный ущерб в несколько миллионов рублей в пользу истцов», — отметил юрист в беседе с «Известиями».

Чем тяжелее статья, тем охотнее суды соглашаются возместить крупные суммы. Такие прецеденты есть по делам, возбужденным по ст. 105 и 111 УК РФ («Убийство» и «Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью»). И тогда миллиона может достигать и возмещение морального ущерба.

В практике юриста Мари Давтян, работающей с делами о домашнем насилии, был случай, когда по делу об истязаниях и угрозах убийства двух потерпевших — матери и дочери — с обвиняемого взыскали 1,8 млн рублей. Но вообще судебная практика разнится, признала собеседница «Известий».

Жадность как защита

В ноябре суд огласил приговор Дмитрию Грачеву, который год назад вывез жену Маргариту в лес и отрубил ей кисти обеих рук.

После этого он сам отвез ее в больницу и сдался полиции, рассчитывая, как полагает защита потерпевшей, на меньший срок заключения.

Впоследствии следователи установили, что мужчина подготовился к преступлению — заранее купил топор, пластиковые стяжки и медицинские жгуты.

Врачи сумели спасти левую кисть Маргариты. Несколько лет она будет ее разрабатывать. На месте правой теперь у женщины бионический протез. Суд в конечном счете приговорил Дмитрия Грачева к 14 годам колонии строгого режима и предписал ему выплатить моральную компенсацию в размере 2 млн 35 тыс. рублей. Бывшая супруга требовала 8,2 млн.

Важный вопрос — откуда эти деньги брать. В случае с Грачевым два варианта — либо его бывшей жене будет отчисляться часть заработанного им в колонии, либо будет наложен арест на его имущество. Житель Омска, с которого пострадавшая требует за увечья 3 млн, подчеркивал, что таких денег у него нет.

По мнению Алены Поповой, юриста, специализирующегося на защите жертв домашнего насилия, экономический ограничитель — важная история. Особенно в России, где бедных, по официальным данным, насчитывается более 20 млн человек.

— Очень часто, особенно с учетом декриминализации побоев, нападающего может остановить от применения насилия возможность потерять крупную сумму, — сказала правозащитница «Известиям».

Дело несерьезное

Когда речь о легком вреде здоровью, суммы ущерба фигурируют небольшие — от нескольких тысяч рублей, признает адвокат Алексей Паршин. По словам юриста Мари Давтян, какого-то среднего показателя нет.

— У нас были случаи, и когда суды за побои взыскивали 5 тыс. рублей, и когда взыскивали 300 тыс. рублей, — уточнила специалист.

Одно из резонансных дел о домашних побоях — история московской журналистки Анны Жавнерович, которая в подробностях описала в блоге, как ее истязал партнер и как она пыталась привлечь его к ответственности.

Четыре года назад парень жестоко избил ее прямо во сне — 20 раз ударил кулаком в лицо и голову. Диагноз — черепно-мозговая травма средней тяжести и множественные гематомы. Уголовное дело возбуждать отказались, дело частного обвинения буксовало.

Обвиняемого амнистировали, а компенсация морального вреда составила 30 тыс. рублей.

Нерезонансный случай в Севастополе — суд предписал мужчине выплатить бывшей супруге 45 тыс. рублей за побои.

Жительница Башкирии, которую муж избил при помощи своих родственников (его мать держала женщину, чтобы ему было проще наносить удары), смогла отсудить 15 тыс. рублей в качестве компенсации морального вреда вместо заявленных 50 тыс. рублей. На 20 тыс.

меньше получила за многократные побои в течение 18-летней совместной жизни женщина из Краснодарского края. Это лишь пара примеров из судебной практики.

Откуда цифра

По словам юриста Мари Давтян, при формировании потенциальной суммы морального ущерба непонятно, чем руководствоваться — «к сожалению, всё настолько зависит от судьи». Непонятно и чем должен обосновывать свои решения суд, определяя сумму: «И это основная проблема. У суда должны быть хоть какие-то установленные критерии».

Автор цитаты

Размер морального ущерба всегда высчитывается для потерпевших индивидуально, подчеркивает адвокат Алексей Паршин.

— Здесь применяется дифференцированный подход для каждого случая, — объясняет он. — Формулы, по которой можно рассчитать оптимальный размер морального ущерба, не существует. Учитывается совокупность множества факторов.

В конечном счете суд может снизить заявленную сумму и взыскать по своему усмотрению, если посчитает, что она завышена.

Правозащитница Алена Попова уверена: пострадавшим всегда стоит использовать возможность возместить ущерб.

— Надо начинать каким-то образом действительно менять судебную практику, в рамках которой присуждают очень маленькие суммы, — уверена соосновательница «Проекта W: сеть взаимопомощи женщин».

Пока картина такова, что до иска о возмещении морального ущерба попросту не доходит, признает собеседница «Известий».

Женщины просят помощи, чтобы в первую очередь защитить свою жизнь и жизнь детей от домашнего тирана.

Источник: //iz.ru/823930/ekaterina-korinenko/nevospolnimyi-ushcherb-skolko-mozhno-vzyskat-za-domashnee-nasilie

Суд по двойному убийству в Бобруйске. Приговор – расстрел!

Компенсация морального вреда с родственников обвиняемого в убийстве их дочери

Что сказала мама убитой и кто возместит материальный ущерб и судебные издержки?

Сегодня последний день судебного процесса по делу о двойном убийстве на улице Лынькова, жертвами которого стали 26-летняя Кристина Крюшкина и 27-летняя Олеся Климова. На скамье подсудимых – 36-летний уроженец Бобруйска Александр Осипович.

Судье предстоит вынести решение относительно виновности подсудимого и огласить приговор. В случае признания 36-летнего бобруйчанина виновным ему грозит лишение свободы сроком от 8 до 25 лет, либо пожизненное заключение, либо смертная казнь.

Такие санкции предусмотрены второй частью статьи 139 УК РБ. 

Напомним, вчера в ходе прений прокурор Ольга Иванова просила суд избрать для обвиняемого исключительную меру наказания – смертную казнь. Позицию обвинения поддержали и матери погибших девушек.

Адвокат подсудимого не стал отрицать причастность своего подзащитного к преступлению, однако просил суд не лишать обвиняемого жизни. Сохранить жизнь просил в своем последнем слове и сам обвиняемый.

Окончательное слово – за судьей.

Оглашения приговора ждут не только матери погибших девушек и родственники обвиняемого. За месяц с небольшим, что длился процесс, тысячи бобруйчан следили за ним через нашу газету и наш сайт.

Некоторые из них пришли вчера в суд, чтобы лично услышать позиции сторон. Очевидно, что приговор вызовет еще больший интерес.

Наши читатели одними из первых узнают о вердикте Фемиды от нашего корреспондента Дмитрия Суслова, который на протяжении всего процесса работает в зале суда.

***

Подавляющее большинство присутствующих в зале суда – журналисты. Среди них и представители республиканских СМИ. Журналисты общаются с обвиняемым, их интересует, будет ли мужчина обжаловать приговор. Подсудимый ответил:

– Смотря каким он будет.

Обвиняемый не высказал претензий к администрации СИЗО. По его словам, обращаются с ним корректно.

*** 

Приговор объявлен, но вопросы по делу все равно остаются. Главный из которых – из каких средств подсудимый будет выплачивать материальные претензии потерпевшим, а также судебные расходы и траты на следственные действия.

Суммы в деле немалые, а при задержании у Осиповича было обнаружено лишь 137 рублей. С просьбой прокомментировать механизм взыскания материальных претензий  «Коммерческий курьер» обратился к обвинителю Ольге Ивановой.

И вот что она ответила нам в эксклюзивном интервью.

– Как правило, в таких ситуациях взыскание обращается на имущество должника. Судебные исполнители направляют запросы в банки, выходят на место жительства. Конкретно в данном случае – имущество, на которое можно было бы обратить взыскание, не выявлено. При обвиняемом были обнаружены денежные средства, немногим более 100 рублей. Поэтому осуществить материальное взыскание будет проблематично.

– А квартира, где он был прописан и где убивал?

– В квартире прописана мать, поэтому данное жилье останется за ней.

– В случае приведения приговора в исполнение лягут ли имущественные претензии на родственников обвиняемого?

– Нет, это исключено.

Адвокат подсудимого после оглашения приговора общаться с журналистами не стал.

Присоединяйтесь к нам в социальных сетях:

Источник: //komkur.info/proisshestvija/sud-po-delu-o-dvojnom-ubijstve-v-bobrujske-v-ozhidanii-prigovora

Взыскание компенсации морального вреда допустимо в пользу не только пострадавшего, но и его родных

Компенсация морального вреда с родственников обвиняемого в убийстве их дочери

Верховный Суд РФ опубликовал Определение от 8 июля № 56-КГПР19-7, в котором указал на правомерность взыскания компенсации морального вреда не только в пользу несовершеннолетней, пострадавшей от тепловоза, но и ее родственников.

Нахождение на железнодорожных путях повлекло инвалидность ребенка

Александр Нестеренко является дядей, а с 16 января 2015 г. и опекуном несовершеннолетних потерпевшей Анны Хватовой и ее родного брата. Дети проживали в семье Александра Нестеренко и его супруги.

В июне 2017 г. в результате наезда тепловоза, принадлежащего ОАО «РЖД», на группу людей, которые шли по колее железнодорожного пути, несколько человек погибли, а здоровью Анны Хватовой был причинен тяжкий вред. Позднее бюро медико-социальной экспертизы установило инвалидность девочки.

Дальневосточное СУ на транспорте СКР возбудило уголовное дело по факту нарушения правил безопасности движения и эксплуатации железнодорожного транспорта локомотивной бригадой тепловоза, повлекшего по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью ребенка и смерть троих человек.

ОАО «РЖД» получило представление о принятии мер по устранению обстоятельств, способствовавших совершению преступления.

Следователь указал, что организация должна оборудовать соответствующий участок железной дороги оградительными приспособлениями, препятствующими свободному выходу граждан на железнодорожные пути, а также принять иные меры к повышению безопасности эксплуатации транспорта и повышению бдительности локомотивной бригады при прохождении данного участка. В октябре 2017 г. уголовное дело было прекращено в связи с отсутствием в действиях машинистов и их помощников состава преступления.

Позиции судов в отношении компенсации морального вреда и ее размера

Александр Нестеренко обратился в суд с исками о компенсации морального вреда как от своего имени, так и в интересах подопечных. С самостоятельными требованиями обратились также супруга опекуна и Владимир Виноградов – дядя пострадавшей и ее брата.

Унификация подхода к размеру компенсации морального вредаНеобходимы рекомендованные ВС РФ ориентиры для определения размера такой компенсации

Решением Надеждинского районного суда Приморского края от 1 марта 2018 г. требования опекуна и его жены были удовлетворены.

Суд исходил из того, что вред здоровью девочки был причинен источником повышенной опасности, и пришел к выводу, что в силу прямого указания закона с «РЖД» как владельца такого источника необходимо взыскать компенсацию морального вреда независимо от его вины.

При этом суд указал: положения ГК, предусматривающие, что вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит, а при грубой неосторожности потерпевшего размер возмещения может быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, к спорным отношениям не применяются, поскольку Анна Хватова в силу возраста не могла отдавать отчет своим действиям.

//www.youtube.com/watch?v=5Rj4WjoZSz4

В итоге суд определил компенсацию морального вреда, взыскиваемую в пользу пострадавшей девочки, в размере 3 млн руб.

Он исходил из того, что в результате травмирования ей была причинена боль, она испытала страх, страдания из-за полученных травм и в настоящее время физически неполноценна.

Суд указал, что до транспортного происшествия Анна показывала хорошие спортивные результаты, но теперь не может продолжать занятия – то есть продолжать жить полноценной жизнью, как ее ровесники.

Первая инстанция также добавила, что трагедия стала тяжелейшим событием в жизни ребенка, неоспоримо причинившим ему нравственные страдания. Поскольку лимит гражданской ответственности «РЖД» по договору страхования составлял 300 тыс. руб., суд взыскал эту сумму со страховщика, а остальные 2,7 млн руб. – непосредственно с организации.

Первая инстанция также взыскала компенсацию морального вреда в пользу брата Анны, а также опекуна девочки и его супруги. Суд решил, что им также были причинены нравственные страдания, вызванные тяжелой травмой близкого человека.

Также суд учел, что состояние девочки требует пристального внимания и заботы родственников, которые также испытывают стресс и переживания из-за случившегося и лишены возможности вести обычный образ жизни. С учетом степени нравственных страданий и индивидуальных особенностей родственников суд взыскал в пользу брата Анны компенсацию в 200 тыс. руб., а в пользу опекуна и его супруги – по 500 тыс.

руб. каждому, пояснив, что супруги совместно воспитывают и содержат пострадавшую. Опекун также просил взыскать расходы на лекарства, однако не смог подтвердить их.

Требования второго дяди девочки – Владимира Виноградова – не были удовлетворены. Суд указал, что он являлся неполнородным братом Александра Нестеренко, не является членом семьи пострадавшей и не проживал совместно с ней.

Критерии оценки морального вредаОб определении размера компенсации

Данное решение не устояло в апелляции – суд отказал всем родственникам девочки в компенсации морального вреда.

При этом апелляционная инстанция указала, что факт родственных отношений сам по себе не является достаточным основанием для удовлетворения требований о компенсации морального вреда, и пришла к выводу, что переживания родных за судьбу пострадавшей и ее состояние здоровья производны от физических и нравственных страданий последней. Как указал суд, в пользу девочки компенсация уже взыскана, а «двойное взыскание» в указанном случае закон не предусматривает.

Кроме того, апелляционная инстанция более чем вдвое снизила размер компенсации морального вреда, взысканного в пользу пострадавшей. Так, суд указал, что сумма в 3 млн руб. не отвечает принципу разумности и обстоятельствам дела. По его мнению, необходимо было учесть, что девочка, находясь на железнодорожных путях, нарушила правила нахождения граждан в зонах повышенной опасности.

ВС поддержал выводы первой инстанции

Не согласившись с позицией суда апелляционной инстанции, супруги Нестеренко обратились с кассационной жалобой в Верховный Суд. В интересах указанных лиц в ВС также поступило кассационное представление заместителя Генпрокурора РФ Леонида Коржинека.

Рассмотрев материалы дела, ВС напомнил, что ранее в Постановлении Пленума от 20 декабря 1994 г. № 10 он разъяснял, что отсутствие в законе прямого указания на возможность компенсации морального вреда в рамках конкретных правоотношений не всегда означает, что потерпевший не имеет права на такое возмещение.

В поисках объективной оценки страданий потерпевшегоПочему оптимален «смешанный» способ расчета компенсации морального вреда

ВС подчеркнул, что требования о компенсации морального вреда родственникам потерпевшей связаны с причинением страданий лично им в связи с травмированием девочки – их родственницы и члена семьи. Как указано в определении, их нравственные и физические страдания выразились в утрате здоровья близким человеком, требующим постоянного ухода.

По мнению Суда, в результате происшествия было нарушено психологическое благополучие всех членов семьи, потерявших возможность продолжать активную общественную жизнь.

Более того, у них возникла необходимость нести постоянную ответственность за состояние пострадавшего ребенка, что привело к нарушению неимущественного права на родственные и семейные связи.

В обоснование свой позиции ВС сослался на ст. 30 Конституции РФ, ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также ряд норм СК РФ.

Верховный Суд напомнил, что опекун фактически принимает на себя функции родителя, несет ответственность за ребенка, обязан его воспитывать, заботиться о его физическом, психическом здоровье, духовном и нравственном развитии – то есть ребенок фактически становится членом семьи опекуна.

Как отмечается в определении, нравственные и физические страдания опекуна и его супруги обусловлены тем, что они приняли на себя обязанности по воспитанию и содержанию потерпевшей.

Указанное обстоятельство предполагает, что именно они обязаны заботиться о состоянии ее здоровья и его восстановлении после травм, об обеспечении лечения и последующей адаптации.

Нравственные страдания младшего брата пострадавшей, как указал ВС, также обусловлены переживаниями за состояние сестры как самого близкого родственника.

Компенсация морального вреда за жизнь и здоровье: пути решения проблемОт индивидуальной оценки страданий до криминализации уклонения от выплат

Кроме того, ВС не согласился с выводом апелляции о чрезмерности размера компенсации, взысканной в пользу несовершеннолетней. При этом он сослался на постановление ЕСПЧ по делу «Максимов (Макштоу) против России» от 18 марта 2010 г., где указано, что не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах боль и нравственное страдание.

Как отмечалось в постановлении, национальные суды всегда должны приводить достаточные мотивы, оправдывающие сумму компенсации морального вреда.

Отсутствие таких мотивов будет свидетельствовать о том, что суды не рассмотрели надлежащим образом требования заявителя и не смогли действовать в соответствии с принципом адекватного и эффективного устранения нарушения.

При этом Верховный Суд напомнил, что в Постановлении Пленума от 26 января 2010 г.

№ 1 указано, что вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния).

Усмотрев в действиях девочки грубую неосторожность, апелляционная инстанция, как отмечается в определении, не учла, что Анна Хватова в силу малолетнего возраста не могла осознавать опасность своих действий и предвидеть их последствия.

Исходя из этого, Суд отменил апелляционное определение и оставил в силе решение суда первой инстанции.

Адвокаты считают определение ВС важным и знаковым

Комментируя «АГ» определение ВС, адвокат Самарской областной коллегии адвокатов Оксана Зубкова согласилась, что в данном случае отсутствует двойное взыскание, поскольку каждому родственнику был причинен моральный вред.

«Каждая трагедия с участием граждан, особенно детей, является строго индивидуальным случаем. Поэтому необходимо очень тщательно исследовать обстоятельства, отбросив формальный подход к данной категории дел», – добавила она.

Адвокат Нижегородской областной коллегии адвокатов Ирина Фаст полагает, что данное определение можно отнести к категории знаковых.

«ВС крайне редко высказывает свое мнение относительно морального вреда. Например, такая позиция была сформулирована в Определении от 14 августа 2018 г.

№ 78-КГ18-38, которым размер компенсации был увеличен со 150 тыс. руб. до более чем 2 млн руб.», – пояснила она.

Эксперт указала, что из содержания документа можно сделать вывод о понимании высшей судебной инстанцией размера справедливой компенсации. «Этот вопрос является самым болезненным в нашей правоприменительной практике, – отметила она. – Размеры компенсаций остаются мизерными и отличаются в разы при схожих обстоятельствах.

Например, апелляцией Нижегородского областного суда 30 июля 2019 г. было оставлено без изменений взыскание 90 тыс. руб. морального вреда в пользу супруги погибшего на железнодорожных путях (дело №33-9047/2019)».

По мнению адвоката, определение ВС внушает надежду на изменения в судебной практике и взыскание справедливых компенсаций.

Ирина Фаст добавила, что ВС также подтвердил правомерность взыскания компенсации морального вреда в пользу родственников пострадавшего. По ее словам, ранее этот вопрос по-разному решался судами.

Как указала адвокат, ВС подчеркнул недопустимость снижения размера компенсации несовершеннолетним при наличии их вины в несчастном случае.

Она сообщила, что зачастую суды снижают размер компенсации в пользу несовершеннолетнего именно по причине наличия его вины.

Эксперт полагает, что отдельного внимания заслуживает формальный подход при рассмотрении исков о возмещении вреда жизни и здоровью, особенно в случае привлечения к ответственности ОАО «РЖД», который в данном случае ВС пресек.

Ирина Фаст подчеркнула, что размеры компенсаций по таким делам мизерны, а судебные акты формальны и написаны «под копирку»: «Средний размер компенсации морального вреда по искам к ОАО «РЖД» в связи с гибелью близкого родственника составляет порядка 30 тыс. руб. – такие данные приводит сама компания».

По ее мнению, суды редко подробно рассматривают обстоятельства причинения вреда, считая обычно всех пострадавших виновными в случившемся и присуждая примерно равные по всей стране «мизерные компенсации».

Адвокат АП Московской области Кирилл Данилов отметил, что согласно официальной информации ОАО «РЖД», в 2018 г. ежедневно в России на железной дороге от наезда подвижного состава погибало четыре человека, еще три получали травмы, в основном тяжелые. И почти еженедельно погибало до трех детей.

Кирилл Данилов отметил, что в данном деле суд апелляционной инстанции необоснованно не применил позиции, сформулированные ВС достаточно давно.

Адвокат добавил, что считает важным применение Верховным Судом норм международного права: «ВС подчеркнул значимость применения и толкования норм Конвенции. Нижестоящие суды крайне редко применяют их, а также позиции ЕСПЧ, несмотря на их обязательность. К сожалению, единственная инстанция, которая “не боится” анализировать практику ЕСПЧ, – Верховный Суд», – подчеркнул он.

Кирилл Данилов также выразил удовлетворение позицией ВС в отношении взыскания компенсации морального вреда в пользу не только потерпевшего, но и его родственников.

При этом он отметил, что, если позиция высшей судебной инстанции по данному делу «укоренится» в практике нижестоящих судов, у многих владельцев источников повышенной опасности, в том числе и у владельцев автомобилей, возникнут серьезные материальные трудности. «То же “РЖД” понесет громадные материальные потери, – пояснил он.

– Если вспомнить, что каждый день гибнет не менее четырех человек, взять за константу сумму в 500 тыс. рублей, которая была присуждена по настоящему делу, и предположить, что у пострадавших есть не менее двух родственников, то компенсация морального вреда, которую могут взыскать родственники, составит более 2 млрд руб. в год.

И это без учета компенсации вреда самим пострадавшим. Это серьезная сумма даже для «РЖД», – полагает адвокат. В заключение он добавил, что именно такие экономические факторы могут стать серьезной преградой для укрепления и распространения указанной позиции ВС на практике.

Источник: //www.advgazeta.ru/novosti/vzyskanie-kompensatsii-moralnogo-vreda-dopustimo-v-polzu-ne-tolko-postradavshego-no-i-ego-rodnykh/

Расстрел. Вынесен приговор убийце двух девушек в Бобруйске

Компенсация морального вреда с родственников обвиняемого в убийстве их дочери

О предыдущем дне суда читайте здесь.

Напомним, вчера, 8 января, прокурор запросила для обвиняемого в двойном убийстве Александра Осиповича наказание в виде смертной казни.

14.50.

До оглашения приговора в зале судебных заседаний разрешили вести фото- и видеосъемку. В зале полно представителей местных и республиканских СМИ. Разрешается задавать вопросы обвиняемому Александру Осиповичу, который находится за решеткой, только близко подходить к нему охранники категорически запрещают.

Осипович говорит журналистам, что раскаивается и просит прощения у родственников погибших. Вину свою он признает частично:

– Сделали из меня маньяка, говорят, что я их расчленял. Я их не расчленял и не собирался этого делать.

– На какой приговор рассчитываете?

– На справедливый.

Представители СМИ интересуются, будет ли Осипович обжаловать приговор. Тот отвечает, что это будет зависеть от того, каким он будет. Спросили и о том, как с обвиняемым обращаются в СИЗО. Тот ответил, что никаких претензий к сотрудникам изолятора не имеет.

В зале заседаний несколько десятков человек: помимо представителей СМИ, родственники и знакомые обвиняемого и потерпевших, просто горожане, которые желают узнать, чем закончится это дело. Матери погибшей Кристины Крюшкиной, Елены Михайловны, нет, по каким-то причинам она не смогла приехать на приговор.

09.01.2019. Оглашение приговора по делу Александра Осиповича (двойное убийство)

15.05.

Судья потребовал прекратить съемку в зале заседания.

15.07.

Судья озвучил приговор.

Cудебная коллегия Могилевского областного суда постановила: Осиповича Александра Викторовича признать виновным в умышленном противоправном лишении жизни двух человек, совершенном с особой жестокостью, и на основании пунктов 1 и 6 части 2 статьи 139 УК РБ приговорить его к исключительной мере наказания – смертной казни. Меру пресечения до вступления приговора в законную силу оставить прежней – содержание под стражей.

Также суд постановил взыскать с обвиняемого в пользу Климовой Нины Алексеевны (матери погибшей Олеси Климовой) в счет материальной компенсации морального вреда 100 тысяч рублей, а также расходы на погребение дочери 1339 рублей.

В пользу Крюшкиной Елены Михайловны (матери погибшей Кристины Крюшкиной) с подсудимого будет взыскана сумма в 1241 рубль. Будет взыскана и госпошлина в сумме 205 рублей.

Для добровольного исполнения решения суда в части гражданских исков установить срок в один месяц со дня вынесения приговора.

Подсудимый также должен возместить и расходы на проведение следственных действий в сумме 12487 рублей.

Приговор может быть опротестован в течение 10 суток со дня провозглашения в Верховном суде.

Сам Александр Осипович и его родные выслушали приговор молча. На лице обвиняемого полное отчаяние. Его мать вытирает слезы платком.

При выходе из зала суда журналисты спросили у Нины Климовой (матери погибшей Олеси) о том, что она думает о решении суда. Нина Алексеевна ответила, что полностью довольна приговором.

09.01.2019. Оглашение приговора по делу Александра Осиповича (двойное убийство). Мать потерпевшей Климовой

– Моя девочка хотела жить. У меня нет претензий ни к следствию, ни к суду. Единственное, что вызывает возмущение – это поведение подсудимого. Он и сейчас утверждает, что не собирался расчленять тела. Но у него все было готово к расчленению. Поэтому я и не верю в его раскаяние. И таких надо казнить, чтобы никто не смел больше поднять руку на другого человека. Будь то девушка или парень.

Нина Климова обратилась ко всем девушкам с призывом: никогда не ходить в гости к малознакомым мужчинам.

– Ну что я могу сказать. Молодежь у нас такая – она ж нас не слушает, я понимаю. Но я молодым хочу сказать. Пусть они на примере наших девочек, после того, что случилось, пусть каждый их них задумается, прежде чем пойти с кем-то. А не просто так – бесшабашно собрались и пошли.

Видите, как получилось. То есть на лице у него не было написано, что он убийца и маньяк. А вот видите, в итоге что вышло. Поэтому, прежде чем пойти, надо хорошо знать человека. Я понимаю так: они просто не боялись, потому что думали, что вдвоем они справятся.

Кто ж знал, что он занимался каратэ и боксом.

– Вам легче будет, если его расстреляют?

– Честно говоря, я не знаю. Наверное, только после того, как это случится, мне станет легче. Но я и на пожизненное тоже была бы согласна. Потому что там, говорят, так с ними обращаются, что он бы вспоминал их (убитых – ред.) каждый день. Но ему достаточно и месяца того, когда он будет понимать: его собираются убить.

– А какая ваша реакция будет, если его помилуют?

– Даже если ему дадут пожизненное, думаю, от этого лучше для него не станет, а, может, еще и хуже. Убийство – это месяц подождал и все, его убили.

– А вы готовы ходатайствовать о том, чтобы его помиловали?

– Нет, я не готова. Потому что я действительно хотела, чтобы он умер. Почему они должны лежать такие разбитые, страшные? Они же тоже умоляли его о помощи. Я так понимаю. Но он же не пожалел их он, он, наоборот, добивался того, чтобы убить, и страшно убить.

После оглашения приговора на вопросы журналистов ответила гособвинитель Ольга Иванова. Она отметила:

– Данное преступление повторное, в отношении двух лиц, с особой жестокостью. Я думаю, что человека пора остановить.

Кстати

Это первый смертный приговор, вынесенный в Беларуси в 2019 году.

В прошлом году казнили четырех человек: неоднократно судимого жителя Наровли Алексея Михаленю, который в марте 2016 года совершил убийство соседей-пенсионеров; Виктора Летова, который в 2017 году был признан виновным в убийстве сокамерника в ИК в Глубоком, а также двух фигурантов дела «черных риелторов» Семена Бережного и Игоря Гершанкова.

09.01.2019. Оглашение приговора по делу Александра Осиповича (двойное убийство). Обвиняемый Александр Осипович09.01.2019. Оглашение приговора по делу Александра Осиповича (двойное убийство). Обвиняемый Александр Осипович беседует с адвокатом09.01.2019. Оглашение приговора по делу Александра Осиповича (двойное убийство). Обвиняемый Александр Осипович09.01.2019. Оглашение приговора по делу Александра Осиповича (двойное убийство). Обвиняемый Александр Осипович09.01.2019. Оглашение приговора по делу Александра Осиповича (двойное убийство). Обвиняемый Александр Осипович09.01.2019. Оглашение приговора по делу Александра Осиповича (двойное убийство). Мать потерпевшей Климовой09.01.2019. Оглашение приговора по делу Александра Осиповича (двойное убийство). Гособвинитель Ольга Иванова.09.01.2019. Оглашение приговора по делу Александра Осиповича (двойное убийство)

Источник: //bobruisk.ru/news/2019/01/09/vynesen-prigovor-ubijce-dvuh-devushek-v-bobrujske

Криминальный мир
Добавить комментарий